Но на этом и всё, никаких централизованных складов, кухонь, или хотя бы туалетов я не нахожу. Видимо костёр это святое, а снизходить до прочих бытовых подробностей обустройства, местные нобели не считают необходимым. Может быть даже это унизительно для них. Пусть мол про туалеты копейщики сами думают.
С одной стороны, такая безолаберность в обустройстве лагеря противника мне на руку. Если продержаться пару месяцев, они тут сами от эпидемий неизученных форм дизентерии вымрут. С другой стороны, мой план внести хаос в лагерь осаждающих не кажется мне сейчас таким уж гениальным. Весь лагерь и так представляет собой сплошную помойку.
В отчаянии от того, что разрушать, и уж тем более поджигать, здесь особо нечего, я решаю сделать перерыв и подумать. Находиться посреди лагеря, который по сути большая помойка, не очень приятно, поэтому я подхожу к самому крайнему костру, который разбили на самой границе леса. Использование магии невидимости уже сделало меня беспрецедентно наглым, поэтому я просто сажусь на одно из свободных мест перед костром.
— Герцог сам маг. Он защитит нас от злого колдовства. — говорит один из сидящих перед костром мужиков с вышитой грубыми нитками эмблемой копья на груди.
— А я говорю тебе, что половина тех, кто ходил на последний штурм превратились в свиней. И их сейчас коптят в башне. Здешний барон всегда таким промышлял. — возражает второй одетый в точно такую же накидку с такой же эмблемой.
— Так то старый барон. А новый барон сейчас служит нашему герцогу. И сам он тоже маг. Так что всё это брехня. — упорствует первый.
— А кого ж мы тут осаждаем по-твоему? — задаёт резонный вопрос второй, вставая и начиная отчерпывать себе в горшочек варево из котелка над костром.
— Разбойников, захвативших замок барона Терса. Ты что демона из-за врат не слушал? — возмущается недалёкостью своего собеседника первый.
— Фрол, вот ты вроде умный, а дурак дураком. Ну разве ж демон правду-то скажет? Он же демон. У них врать это закон такой. — усмехаясь отвечает второй.
— Ты, Микол не путай. То ж демон герцога Норленда. Стало быть служит он ему, и должен правду говорить. — приводит неопровержимый, как ему кажется, аргумент Фрол.
— Где ж это видано, чтоб демоны из-за врат кому-то служили? Уж скорее герцог ему служит. — отвечает Микол, сам не представляя насколько он прав.
— Герцог служит только королю. А разве ж этот демон король? — припечатывает ещё одним аргументом своего оппонента Фрол.
Рассуждения о том, кто служит королю, а кто не служит, видимо не очень популярная тема в этом мире, потому что Микол сразу сникает. За такие разговоры наверное могут и казнить, не долго разбираясь прав был говоривший или нет. Фрол с видом триумфатора подходит к костру и начинает вылавливать из котелка мясо.
Но к сожалению для Фрола, мне совершенно нет дела до местных правил приличия. И уж тем более, я не побоюсь сказать, что герцог служит не королю. Да и вообще, после услышанного диалога, настроение у меня резко улучшается, и я решаю немного похулиганить.
— Лучше тебе прямо сейчас начать хрюкать, Фрол. Может успеешь обсудить со своими товарищами ботву, если успеешь выучить поросячий язык. — говорю я, встав позади, жующего варёное мясо, Фрола.
Бедолага тут же давится очередным куском, и вскакивает со своего места, чуть не прыгая прямо в костёр. Остальные копейщики похоже просто ещё не успели понять, кто говорит. Они щурят глаза и пытаются рассмотреть, кто там за подавившимся Фролом, решил поучаствовать в их споре.
— Ладно уж. Так и быть, не буду превращать вас в свиней сегодня. Если орать не начнёте. И убегать не вздумайте. — продолжаю я.
Орать они и правда не начинают, а вот с бегством всё несколько сложнее. Двое валятся со своих пеньков и закатывают глаза. Ещё четверо, даже не дослушав мою фразу, бросаются наутёк. В итоге, около костра нас остаётся трое. Плюс два туловища валяющихся без сознания, которые, понятное дело, не в счёт.
Фрол, крутя головой и пытаясь увидеть меня, продолжает неистово кашлять и давиться. Микол, схватился за копьё и смотрит на своего незадачливого оппонента. Я же, несколько смущённый тем, что никто в общем-то моим предостережениям не внял, стою и не знаю, что делать дальше. Ладно хоть магия невидимости не подвела, и я в безопасности.
— Кто ты? Назовись! — срывается на громкий писк Микол.
Так и хочется сказать что-то невыносимо пафосное, например «Я твоя смерть». Но я сдерживаюсь. Мне ещё надо как-то выкрутиться из глупого положения, в котором я оказался из-за собственного тщеславия. И делать ещё один такой же неправильный шаг, я не хочу.
К вопросу о неправильных шагах, чем эти два копейщика хуже, чем тот, что сидит сейчас в моей башне и ждёт моего возвращения? Ну разве что боятся они меня не так сильно. Но это сейчас, когда вокруг них свои, а мои магические способности не подтверждены ничем кроме невидимости.
Надо это исправить. Я аккуратно, стараясь не выдать себя звуком шагов, подхожу к Миколу и дотрагиваюсь до древка копья в его руках. Одновременно я представляю, как это копьё выглядит при свете дня, и надеюсь, что оно поместится в мой магический инвентарь.
Со второй попытки у меня получается, и полностью деморализованный Микол садится прямо на землю. Там он начинает шарить обеими руками по траве, пытаясь видимо найти своё копьё. Я же, чувствуя себя как-то не очень хорошо, делаю несколько шагов в сторону, чтобы он не мог напасть на меня, ориентируясь по моему голосу.
— Не ищи. Там ничего нет. — говорю я, и снова делаю несколько шагов в противоположном направлении.
— Назовись! Ты должен назвать своё имя, дух! — поддерживает своего сослуживца Фрол, сумевший наконец откашляться.
— Наглость какая. Ничего я не должен. Впрочем, зовите меня господин Андрей. И никакой я не дух. — отвечаю я, и снова делаю пару шагов в сторону.
— Не превращайте меня в свинью, господин Андрей. Я простой копейщик и честно служу своему господину. — переходит к самой важной для него просьбе Фрол, подкрепляя свою просьбу весомыми, как ему кажется, аргументами.
На кой чёрт мне сейчас нужны ещё два бесполезных голодных рта в моей башне я объяснить не могу, но и остановиться я уже тоже не в состоянии. Так что вербовка добровольцев прямо посреди лагеря противника продолжается.
— Ваш лорд слаб и глуп. Если будете служить ему дальше, то умрёте. Не делайте этого, у вас есть выбор. Переходите на сторону зла, у нас есть печеньки. — не удерживаюсь я от непонятной местным шутки, и запарываю всю агитационную речь.