— Всё ещё моя любимая. — Эзра разламывает своё и достаёт маленькую полоску бумаги внутри. — Ладно, вот оно: «Твой путь к славе будет устлан острыми камнями». Хм. Я не уверен, что мне нравится это. А что у тебя?
— «Сомнительный друг может оказаться врагом в маске», — читаю я.
Несмотря на то, что я не верю, что печенье с предсказаниями может иметь какое — либо отношение к реальной жизни, что — то в этом предсказании вызывает у меня беспокойство.
— Ничего себе, они какие — то зловещие, — комментирует Эзра. Он кивает на последнее печенье, лежащее на столе. — Я дам тебе право на повторную попытку.
Я беру последнее печенье со стола и разламываю его.
— «Тебя пригласят на вечеринку с караоке».
Он показывает мне большой палец вверх.
— Намного лучше. Вечеринка с караоке звучит действительно весело.
Я бы предпочла предсказание вроде: «Ты получишь единоличную опеку над своим сыном». Или даже лучше: «Твой муж поймёт, что горячая двадцатилетняя девушка использует его, и вернётся к тебе».
— Эзра? — говорю я.
— А?
— Ты действительно думаешь, что я получу опеку над Тедди?
— Определённо. — После паузы он засовывает руку во внешний карман своего портфеля. Он шарит внутри мгновение, затем наконец достаёт полупрозрачный кристалл. — Как мы можем проиграть, если у меня есть это на удачу?
Это кварц, который я дала ему в первый день в здании муниципалитета. Я предполагала, что он уже потерял его или даже выбросил.
— Ты всё ещё носишь его, — говорю я слегка ошеломлённым голосом.
— Конечно, — говорит он, как будто было бы нелепо, если бы он не носил мой кристалл с собой куда бы он ни пошёл.
Завтра утром Эзре снова нужно быть в суде, поэтому он собирает свои бумаги, и я провожаю его до двери. Я не ожидала, что он останется так надолго, но каким — то образом вечер пролетел незаметно. Хотя я устала, мне как — то не хочется, чтобы он уходил. После пяти лет жизни с двумя мальчиками в доме эта квартира кажется невыносимо пустой по ночам. Мне почти хочется спросить его, не хочет ли он остаться посмотреть что — нибудь по телевизору, но я уверена, что он откажется.
Я смотрю на переполненный портфель Эзры.
— Надеюсь, ты сегодня выспишься.
— Сон для слабаков.
— Ну, в любом случае, ещё раз спасибо, — говорю я. — Я очень ценю всё, что ты для меня сделал. Когда всё это закончится, я оставлю тебе потрясающий отзыв в интернете. Я напишу, что ты выезжаешь на дом с китайской едой.
— Э — э–э, пожалуйста, не делай этого, — говорит он. — Выезды на дом с китайской едой и «чашами Будды» — это не моя стандартная практика.
— Нет?
— Определённо нет.
— Что ж, — говорю я, — тогда я ценю это ещё больше.
Эзра выходит за мою входную дверь, но не поворачивается, чтобы идти обратно к своей машине. Он просто стоит там мгновение, его лицо в тени лунного света. Похоже, он хочет что — то сказать, поэтому я стою там, ожидая.
— Я просто хочу, чтобы ты знала, — наконец говорит он, — что я выиграю это для тебя, Наоми. Я добьюсь для тебя всего, чего ты заслуживаешь. Я позабочусь об этом.
— Спасибо, — тихо говорю я.
Он снова открывает рот, но ничего не говорит. Он просто стоит там, менее чем в футе от меня. И я не могу не вспомнить сегодняшний вечер, когда он назвал меня красивой.
— Что? — настаиваю я. — Ты хочешь сказать что — то ещё?