Я не отвечаю взаимностью. Ей повезло, что я не выцарапала ей глаза.
Вероника цокает вниз по лестнице обратно к своему Jetta. Джереми наблюдает за её спуском, и тоска в его глазах ощутима. Раньше он смотрел на меня так, но мне, очевидно, нашли замену.
Теперь всё наконец обретает смысл.
Даже после того, как Вероника исчезла в своей машине и умчалась прочь по дороге, я всё ещё киплю от злости. Тем не менее, я приехала сюда, чтобы попытаться всё обсудить с мужем, и, хотя мы определённо не сделали этого, по крайней мере, я получила ответ.
И теперь, когда я знаю правду, возможно, есть способ это исправить. Эта девушка Вероника, возможно, красива, но она всего лишь красива. Она не его партнёр. Она не мать его сына. Но если мы собираемся исправить наш брак, сначала мы должны выложить всё на стол.
— Ты сказал мне, что никого нет, — обвиняющим голосом говорю я.
— Мне жаль. — Он, кажется, не может встретиться со мной взглядом. — Я думал, тебе будет легче, если ты не будешь знать.
— Ты думал, мне будет легче, если я не буду знать, что ты трахаешь девушку вдвое моложе тебя?
— Ей двадцать восемь.
Она старше, чем я думала, но всё равно более чем на десять лет моложе Джереми. Более чем на десять лет моложе меня. Ни морщин, ни растяжек, готова поспорить.
— Ты всё равно слишком стар для неё. Ты выглядишь нелепо, знаешь.
Он пожимает плечом, будто ему всё равно, как нелепо он выглядит, хотя краснота, всё ещё ползущая вверх по его шее, выдаёт его. За исключением того, что правда в том, что он не выглядит нелепо рядом с ней. Он может быть старше, но всё равно выглядит очень хорошо. Они составляют очень привлекательную пару, что злит меня ещё больше.
— Она встречалась с Тедди? — спрашиваю я.
Он качает головой. Меня немного утешает тот факт, что он не счёл её достаточно важной, чтобы представить своему сыну, но затем он добавляет:
— Пока нет.
— Послушай, — говорю я, — я знаю, что у тебя кризис среднего возраста или что — то в этом роде, но…
— Это не кризис среднего возраста.
— Ну, а как ты называешь то, когда сорокалетний женатый мужчина заводит роман с девушкой двадцати с чем — то лет?
Он хмурится, морща лоб, и на мгновение напоминает мне, как иногда выглядит Тедди.
— Наоми, — говорит он низким голосом, — я люблю её.
Я начинаю смеяться. Я не могу сдержаться. Это просто так абсурдно! Джереми не может быть влюблён в эту пустую маленькую девицу. Он даже не представил её Тедди!
— О, пожалуйста!
— Люблю, — настаивает он, и он звучит так серьёзно, что это высасывает весь смех из меня. — Мне очень жаль.
— И… что? — говорю я. — Ты хочешь развестись со мной и жениться на Веронике?
Он не отвечает. Конечно, лучше всего было бы категорическое «нет», но по крайней мере он не сказал «да». Это вселяет в меня уверенность, что у меня ещё есть шанс.
Но, с другой стороны, хочу ли я вообще его возвращать после всего этого? Одно дело, когда у нас были «непреодолимые разногласия», но теперь, когда я знаю, что он мне изменял, это заставляет меня смотреть на него иначе. Я не уверена, что когда — нибудь смогу простить его за это, даже если он поймёт, какую огромную ошибку совершает.
Но мне так сильно хочется, чтобы моя семья снова стала целой. Я всегда хотела, чтобы у Тедди была та жизнь, которой у меня никогда не было в детстве, — с двумя родителями, которые любят его и живут в одном доме. И до появления Вероники мы были счастливы. Джереми был трудоголиком — это неоспоримо, — но он был милым, заботливым, отличным отцом и всё ещё достаточно красивым, чтобы у меня подкашивались колени.
Наш брак стоит того, чтобы его спасать?
Я не знаю, но я надеюсь, что да.
— Мне лучше уйти, — бормочу я.