— Они часть тебя, Хранитель Звезд, и ты доказала, что достойна владеть их силой даже перед лицом великого страха. Судьбы будут крепко спать, ожидая, пока их призовут. Пока в них не будет нужды.
Она поворачивается ко мне лицом, звездные вспышки взрываются на ямочках ее щек, глаза сверкают, как метеоры. Она берет мои руки в свои, обводя пятиконечные звезды на них. С зарождающейся улыбкой ее пальцы следуют по пути М-образной формы на моих ладонях вдоль линий сердца, головы, жизни и судьбы, задерживаясь на последней. Ее большой палец проводит по узкой стороне моей ладони под мизинцем, и легкий вздох срывается с ее губ.
— Связанные судьбой, — шепчет она так тихо, что я едва слышу.
— Я? — в шоке спрашиваю я. — Что ты видишь?
Вена улыбается.
— Я вижу две неполные души, находящие свои недостающие половинки. Я вижу магическую предопределенную связь душ, благословленную богами.
Моя. Хриплый шепот исходит отовсюду внутри меня. Собственнический трепет пульсирует глубоко в моей груди, заставляя меня задыхаться, но я не могу понять его.
— Но узы акаши всегда текучи, — мягко размышляет Вена. — Возможно...
Опять она со своими загадочными заявлениями.
— Возможно что?
— Неважно, дитя, — говорит она со вздохом, похлопывая меня по руке. — Будущее еще не написано. Возможно, твоей судьбой станет та, которую выберешь ты, а не та, что была написана.
Я хмурюсь, определенно потеряв нить.
— Какая судьба? Ты имеешь в виду Рошана?
Нечитаемые звездные глаза встречаются с моими, когда ее руки опускаются.
— Прости меня. Я заговариваюсь. — Она улыбается, но ее взгляд скользит мимо меня, словно есть что-то, чего она не хочет, чтобы я видела.
— Проснется ли принц? — спрашиваю я после паузы молчания.
— Это зависит от тебя.
— От меня? Но ты сказала, это зависит от судеб.
Вена качает головой с раздраженным смехом.
— Ты Хранительница Звезд. Судьбы склоняются перед твоими желаниями.
— О. — Я порывисто тянусь и обнимаю ее, крепко сжимая. — Спасибо, что никогда не сдавалась из-за меня.
— Насрин была права насчет тебя, — говорит Вена после некоторого времени. — Она говорила, что в тебе больше силы, чем даже она знала.
— Мама выбрала стать хранительницей? — спрашиваю я, глаза расширяются.
Вена качает головой.
— Твоя мать умерла, чтобы защитить тебя. Части, которые ты выбрала видеть, были твоими собственными воспоминаниями — теми кусочками ее, что были в тебе. Ты видела ее, потому что она важна для тебя. Она — большая часть той силы, которую ты несешь.
— Так ее здесь на самом деле нет?
— Не в той форме, которую ты ожидаешь, — говорит Вена. — Она — акаша, в луне и звездах, в вечно меняющейся ткани сидерической вселенной. Она — твои надежды и твои мечты, твое прошлое и твое будущее. Она — это ты, и я, и воздух, которым мы дышим. Она — жизнь, как ты ее знаешь. Она — часть твоей вечной правды.
И мы снова вернулись к прорицательской речи. Я закатываю глаза с нежной усмешкой.
— Я буду скучать по нашим маленьким беседам, Вена. Итак, как мне вернуться в Ориндхр?
— Ты уже там, Сетаре Фраматарам.