Ни одна мать не должна этого видеть.
Очевидно, Люсиль и Вентворт оба полностью осведомлены о моём состоянии. И я подготовился к этому. Они оба уже зарабатывают примерно в тридцать раз больше, чем большинство экономок и дворецких. А после того, как меня не станет, каждый из них получит небольшое состояние, а также мои владения, которые, как я всегда считал, им понравятся.
Вентворт получит мой дом на пляже на Сейшелах с рыбацкой лодкой, на которой, я уверен, он будет проводить большую часть времени. Люсиль я оставляю пентхаус на верхнем этаже на Пятой авеню, недалеко от Бродвея, потому что она любит мюзиклы.
— Ещё не время, чёрт возьми, — рявкает она. — Есть ещё шанс...
— Люсиль.
Я сбрасываю плед, морщась от остаточного напряжения в груди и голове после сегодняшнего приступа, и протягиваю руку, беря её в свою.
— Спасибо.
— За что? — резко говорит она.
— За то, что терпишь меня.
Она криво, печально улыбается: — Ты ведь знаешь, что я здесь только ради наследства, да?
Я ухмыляюсь, когда она вытирает глаза и наклоняется, чтобы поцеловать меня в макушку.
— Ты никуда не уйдёшь, большой ворчун...
— Сэр?
Мы оба поднимаем глаза и видим Вентворта в дверях, хмурого.
— Сэр, по подъездной дорожке едет машина: быстро.
Даже когда он говорит, я слышу визг шин и шум гравия снаружи. Я вскакиваю и бегу к входной двери, распахивая её как раз в тот момент, когда чёрный внедорожник с визгом останавливается.
Пассажирская дверь открывается.
И весь мой серый, тусклый, тёмный мир озаряется.
Это она.
Моя Роза.
— Оливер!
Она бежит ко мне, я ухмыляюсь. Но когда я вижу испуг на её лице, моя улыбка исчезает. Она врезается в мои объятия, крепко прижимаясь, когда я обхватываю её руками.
— Что...
Я хмурюсь, видя, как Орен Фрей выходит с водительской стороны.
— Ты когда-нибудь слышал о том, чтобы отвечать на звонки, Принц?
Мои брови хмурятся, я отстраняюсь, глядя в испуганное лицо Розы.
— Что случилось? Пол...
— Он солгал, — выдавливает она, слёзы текут по лицу. — Он солгал! И Атлас Дракос едет убить тебя!
— Спасибо, мэм.