Голос был настоящим.
Низкий, спокойный, раздражённый, живой.
Я сбросила одеяло и опустила ноги на пол. Раны тут же отозвались болью, но я почти не почувствовала её. Вытянув руки перед собой, я пошла к двери, натыкаясь на незнакомую мебель.
Пальцы наконец коснулись холодной ручки.
Дверь открылась.
Освещённый коридор ударил по глазам.
Я вцепилась в косяк и несколько секунд просто стояла, жадно глядя на горевшие вдоль стен лампы. Их было много. Десятки маленьких огней тянулись по галерее, отражались в зеркалах, золотили светлые стены.
Темнота осталась только в моей спальне.
Я оглянулась.
Четыре лампы погасли одновременно. Масла в стеклянных резервуарах было почти до краёв. Фитили не прогорели. Они почернели, словно их задуло ледяным дыханием.
По спине медленно прошёл холод.
В ближайшей лампе вдруг появилось тусклое красное свечение.
Я замерла, не веря собственным глазам.
Почерневший фитиль раскалился, словно кто-то невидимый пытался снова зажечь его. На одно короткое мгновение над ним появилось крошечное пламя, но тут же дрогнуло и погасло.
По стеклу медленно сползли четыре серые полосы. Они напоминали следы женских пальцев, испачканных в саже.
Я потянулась к лампе, но внизу снова прозвучал голос Ассера. На этот раз генерал отчётливо произнёс моё имя.
Я накинула халат, затянула пояс дрожащими пальцами и пошла по коридору, держась за стену. Голоса становились громче.
Они доносились из большого холла.
Я остановилась на верхней галерее.
Внизу горели все люстры и настенные лампы. Возле лестницы выстроились слуги: горничные, лакеи, повара, садовники, конюхи. Некоторые были одеты второпях, кто-то накинул сюртук прямо поверх ночной рубашки. Было видно, что их разбудили для чего-то важного.
Ассер стоял перед ними.
Он не переоделся ко сну. Чёрный мундир по-прежнему был застёгнут до горла, волосы высохли и рассыпались по широким плечам. Свет золотил жёсткие линии его лица и вспыхивал в глазах дракона.
Муж обещал, что утром со мной встретится поверенный. Но вместо сна он собрал всех слуг и начал собственное расследование. Сердце ударилось так сильно, что я прижала ладонь к груди.
Ассер почти поверил мне в оранжерее.
А теперь искал причину поверить снова.
— Кто лично видел, как госпожа Вельтер покинула поместье? — спросил генерал, медленно оглядывая слуг.
Никто из собравшихся не ответил.
Одна из горничных опустила голову. Лакей возле двери переступил с ноги на ногу. Ключница спрятала руки под передником.
Ассер подождал.
Его молчание становилось всё тяжелее. Даже с высоты галереи я чувствовала, как оно давит на людей внизу.