Мелодия для любимой: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Но в душе она понимала, что невозможно разрешить ситуацию шуткой. Надо было что-то решать, и решать немедленно. Или она уходит в нормальный отпуск – на год, на полтора, сколько там положено? – и тогда надо отказаться от всех своих планов, от всего, что она так вдохновенно пообещала Женьке Стрепету и что начала уже осуществлять.

Или надо выйти на работу, снова взять все в свои руки и работать в полную силу. А что это такое, и сколько после этого остается свободного времени, Лера уже успела понять…

В общем-то это было осуществимо. Надежда Сергеевна души не чаяла во внучке, готова была проводить с нею сутки напролет, и можно было взять помощника по хозяйству.

Дело было в другом… Лера не могла забыть того чувства, которое охватило ее, когда она впервые увидела свою дочку и ясное сияние, исходящее от ее круглых щечек. Это было ощущение такого покоя, которого она не знала никогда, в котором растворялось все, что произошло у нее с Костей, все неурядицы, которые то и дело валились на нее отовсюду…

Тогда ей показалось, что ни за какие блага мира не выйдет она из этого покойного кокона, ни за что не окунется больше в неведомое море.

Но время шло, и Лера чувствовала, что ей тесно становится в том тихом пространстве, где не было никого, кроме нее и Аленки. И даже если бы Зоська не появилась у нее этим вечером, – наверное, Лера сама вскоре заговорила бы с нею о том же.

– Ты подожди еще недельку, Зось, ладно? – вздохнув, сказала она. – Молоко-то на исходе, это ясно, но может, еще хоть немного…

И вот Лера расхаживала теперь по кабинету и излагала свои планы сидящей в ее кресле Зоське. И ходить ей было легко, несмотря на высокие каблуки, каких она никогда не носила прежде. Ничто не мешало легкости, неудержимости ее движений, и Лера даже полюбила экспериментировать с обувью: охотно пробовала экзотические новинки, которые рекомендовала ей Ната Ярусова – например, шикарные сапоги с отстегивающимися голенищами на огромных деревянных кнопках. Лере нравилось то, что поражает воображение, и денег на это она не жалела.

– Поеду, поеду, – сказала она, садясь напротив Зоськи. – Тем более, я там не была никогда, а я так не могу: другим расхваливать то, чего не видела.

Лера сама не могла понять, устала она больше или отдохнула во время поездки на Сахалин, на речку Подкаменку.

Конечно, нигде не было такого воздуха, такой тишины, только усиливающейся от шума быстрой реки, такой холодной и чистой воды и такого неба меж деревьев…

Лера проснулась в первое утро в недостроенном домике на берегу, поежилась от пронизывающего холода – и тут же сбросила одеяло. В домике она была одна: ребята из строительной фирмы «Шельф» расположились в соседнем.

Над рекой поднимался туман. Осень была пасмурной, и пасмурным было утро, но от этого очертания деревьев почему-то становились отчетливее, линии – яснее, и душа – чище.

Лера даже вздохнула, подумав о том, что кто-то другой будет любоваться этими чудесными местами. Ей, после ночи в насквозь промерзающем доме, следовало подумать о более прозаических вещах, чем туманное утро на берегу реки. Предстоял нерадостный разговор с гостеприимными хозяевами. Но этого, впрочем, она ничуть не боялась.

«Хорошо, что Зоська не поехала, – подумала Лера, вспомнив вчерашний роскошный ужин и россыпь комплиментов, которые отпускал ей глава фирмы, вальяжный Роман Петрович Лыткин. – Зоська бы уже от стеснения сгорала. Как же, люди к ней со всей душой, а она им о каких-то батареях!»

Поэтому и непонятно было Лере, когда шофер вез ее домой из Домодедова: устала она или отдохнула?

И хотя казалось, что встряска, устроенная ею в фирме «Шельф», возымела действие, и хотя Роман Петрович клялся и божился, что лично проверит каждый коттедж, лично проведет в каждом ночь, – Лера понимала, что это не выход. Что же, она так и будет сама мотаться по всем объектам, сама проверять каждый гвоздь и подозревать, не выдернули ли этот гвоздь сразу после ее отъезда?

Встреча с Женей Стрепетом была записана в ее рабочем блокноте первой после возвращения.

В тот вечер, когда Лера так романтично беседовала с Женькой на бульваре, и даже когда пили шампанское в его кабинете, она и предположить не могла, что они так отлично сработаются. Она до сих пор не переставала этому удивляться. У Леры давно уже не было никаких иллюзий, касающихся взаимного доверия, порядочности партнеров и исполнителей, а Женька – надо же…

«Горизонт-банк» с недавних пор преобразовался в холдинг, Стрепет стал его президентом, а Лерин «Московский гость» – одной из фирм, входящих в состав холдинга.

Женька, как всегда, слушал ее внимательно, расхаживая по кабинету и тщательно пережевывая какие-то вонючие пастилки: он последовательно бросал курить.

– Есть такой человек, – прервал он Леру, не дослушав до конца. – Я вообще не понимаю, почему ты сразу со мной не поговорила, зачем тебе дался этот «Шельф»?

– Да мне, Женя, неловко было, – объяснила Лера. – Невозможно же лезть к тебе со всеми проблемами, надо что-то и самой…

– Не тот случай, – отрезал Женька. – Самой – надо, а изобретать велосипед – не надо. Есть человек, вполне надежный, мы давно с ним сотрудничаем. Он, кстати, в Сибири начинал и на Сахалине твоем, кажется, работал. И вообще, по-моему, всюду что-нибудь строил – такой надежный прораб. Запиши телефон, а я ему сегодня же позвоню.

В этот день Лере удалось уехать домой пораньше, а по дороге она еще заехала к Наташе Ярусовой, забрала потрясающей красоты вечернее платье – с поблескивающим черным лифом и белыми вертикальными сборками на бедрах.

– На грани фола, Лера! – восхитилась Ната, разглядывая свою самую верную заказчицу. – Белые сборки на каких угодно бедрах смотрелись бы как гардины, но не на твоих. Туфельки возьмешь только на высокой шпильке, и знаешь какие – черные, лаковые, с прозрачным каблуком! Это восторг: прозрачность – и прозрачность наоборот.

Ната была маленькая, кругленькая, как сырный шарик, ни одну диету выдержать не могла. Но зато она искренне восхищалась Лериной фигурой, плавной линией ее бедер, и всегда говорила, что шить для такой женщины – одно удовольствие.

– Не то что на стандартную модельку – вешалку для коллекций, – поясняла она.

Все это создавало хорошее настроение, несмотря на неожиданно пошедший октябрьский снег и скользкую дорогу.

Лера поставила машину во дворе. Она по-прежнему предпочитала сама водить серебрито-серую «Ауди», которая, кстати, принадлежала теперь ей: фирма давно уже обзавелась более представительной «БМВ».