Ласково гладил её живот, сжимал пышную грудь. Ладонь скользнула по лобку, спустились ниже, и Ева приподняла бёдра. Массировал её чувствительный бугорок, и она дрожала от наслаждения.
Ева видела, как сильно он опять возбуждён.
Адам стремительно поднял её из воды, облокотил о край ванны и нетерпеливо зашёл сзади. Ева скользила по мокрому кафелю, держась за ободок, а он вдалбливался в её сзади. Мокрые шлепки смешивались с плеском воды, пот — с пеной, и ей было так хорошо, как никогда.
Потом он прислонил её спиной к холодной плитке, поднял одну её ногу и вошёл со всей силой и страстью. Ева охнула от необычного ощущения и вцепилась в его торс. Его раскрытые крылья вздрагивали в такт мощным толчкам.
Ева кончала раз за разом, чувствуя, что вот-вот потеряет сознание. Она не понимала, откуда у Адама столько сил, забывая на миг, что он демон. Только крылья за спиной и глаза с алым пламенем напоминали о его сущности.
После он сполоснул её чистой водой, вытер большим полотенцем и отнёс обратно на кровать. Укутал, словно в кокон, и лёг рядом. Он выглядел бодрым, совершенно не уставшим.
Ева чувствовала, как сон смыкает веки, но боролась с ним. Она боялась, что что-то случится, пока она спит. Что Адам исчезнет. Что она больше никогда его не увидит.
Дневные страхи вернулись. Аббадон, босс, угрозы — всё это всплыло в голове. Она порывисто сжала его ладонь в своих руках и только тогда позволила себе закрыть глаза.
Он не пытался освободиться.
И не отрывал от неё печального взгляда и прошептал, зная, что она уже спит:
— Я причиню тебе много боли и страданий. Прости меня, Ева.
Море за окном по-прежнему шумело, но в комнате оставалось тихо и тепло.
Глава 13. Испытание
Утро понедельника. Ева открыла глаза, приподнялась на локте и почувствовала, на себе приятный холодок. Шёлк. Опустила взгляд и увидела, что одета в чёрную ночную сорочку. Тонкую, с кружевом на груди, совершенно очаровательную. Села на кровати, чувствуя, как краска заливает щёки.
Адам.
Это он её переодел. И был нежен. Даже когда перенёс домой, она даже не проснулась.
Ева поднесла пальцы к кулону с сапфиром на шее, подаренному им в Италии. Быстро прижала к губам. Воспоминания о вчерашней ночи нахлынули как лавина: руки, губы, страстное дыхание на коже. Она ни капли не сожалела. Всё, что произошло, было правильным. Она так сильно хотела своего демона.
Но что дальше? У неё осталось всего два желания и два поцелуя. И потом? Неужели Адам навсегда исчезнет? Отправится к другим девушкам, будет целовать их, заключать новые сделки? Ева почувствовала, как сердце сжалось от ревности. Но заставляла себя пока не думать об этом.
Ева наконец встала с постели. Между ног приятно ныло, губы горели от поцелуев. Глаза блестели, на щеках горел румянец.
На кухне уже хозяйничала бабушка. Запах рисовой каши и оладий разносился по всей квартире. Нина Ивановна стояла у плиты в своём любимом фартуке с надписью «Хорошая бабушка — плохой пример для подражания».
— Евусик! Проснулась! — Бабушка обернулась и улыбнулась. — Я оладьи напекла. Садись, ешь.
Ева охотно села за стол и набросилась на еду с большим аппетитом. Бабушка смотрела на неё с привычной хитринкой.
— Что-то ты сегодня светишься, — заметила Нина Ивановна. — Или я ошибаюсь? Вся сияешь.
— Да просто хорошее настроение, — пробормотала Ева, проглатывая оладушек.
— Ага, хорошее настроение, — бабушка хмыкнула. — Я не слепая, Евусик. Ты опять влюблена? Не в телепузика это точно, я видела ты все фотографии со стены сняла.
Ева подняла глаза на бабушку. Хотела сказать, но не могла. Как объяснить, что она влюбилась в демона? Что вчерашняя ночь была самой прекрасной в её жизни?
— Бабуль, — протянула ласково, вставая из-за стола, — я так тебя люблю.
Она обняла бабушку дольше, чем обычно, уткнувшись носом в её седые волосы. Вдохнула знакомый запах — ментоловой мази, муки и домашнего тепла.
— Ну ты чего, Евусик? — Нина Ивановна засмеялась, но обняла в ответ. — Ты сегодня прямо вся растрёпанная. Иди уже, опоздаешь на работу. Вечером расскажешь мне всё, да? Я хочу знать, кто этот счастливец. Я в конце концов понянчить своих правнуков.
Ева поцеловала бабушку в щёку и выбежала из квартиры, чувствуя, как внутри разливается тепло.