Корсары Мейна: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Да, – ответил Тимко на ломаном испанском. – Присаживайтесь, синьоры.

Похоже, «синьорами» их давно никто не называл, и такое учтивое обращение маронирам понравилось. Угрюмое, настороженное выражение на лицах морских разбойников смягчилось, они сели, и капитан отрекомендовался:

– Хорхе Альварес.

Красный Бык Альварес! Это был один из самых известных разбойников-марониров. На мачте его брига развевался черный флаг с изображением красного быка, и если какой-нибудь торговец имел несчастье встретить Альвареса в море, то заранее мысленно прощался со всеми родными и близкими, уповая лишь на Бога и скорость своего судна, – марониры не щадили никого. В отличие от большинства марониров, Хорхе Альварес в прежней жизни был офицером и оставил королевскую службу по причине своего необузданного характера.

– Рад нашему знакомству, – ответил Тимко. – Что вы предпочитаете – ром, бренди?..

– Ром.

Тимко подал знак Одноглазому Хью, и слуга-негр принес большую бутыль с ромом. Все четверо выпили, дружно закурили, и Тимко сказал:

– Мне нужна ваша помощь в одном деле. Я много слышал о вас лестного, капитан Альварес, и уверен, что только вы способны на то предприятие, о котором пойдет речь.

– Если оно принесет хорошую прибыль, то считайте, что я согласен.

– Но дело очень опасное и, я бы сказал, необычное…

Испанцы ухмыльнулись, и Хорхе Альварес несколько надменно ответил:

– Необычно уже то, что я веду переговоры с капитаном буканьеров. До этого мы даже услугами вольных охотников не пользовались.

Тимко спокойно проглотил горькую пилюлю, не подав виду, что его задели слова испанца. Действительно, буканьеры настолько ненавидели испанцев, что наотрез отказывались продавать маронирам мясо и солонину. Правда, до открытых стычек не доходило.

– Что ж, тогда слушайте…

И Тимко изложил испанцам свой замысел. Он и впрямь был настолько авантюрным, что Тимко и сам в нем сомневался. Тем не менее буканьеры на общем совете единогласно решили, что Гуго Бланшара и его команду нужно вызволять любой ценой. Это дело принципа. Главным в плане капитана Тима Фалькона была необходимость произвести разведку, дабы узнать, где содержат пленных буканьеров. Это мог сделать только человек, который хорошо знал язык и обычаи испанцев, к тому же обладающий незаурядной смелостью. Такого человека обещал найти Одноглазый Хью, и именно таким был Красный Бык – Хорхе Альварес.

– Однако… – сказал Альварес, налил себе рома и выпил. – Задача и впрямь серьезная. Но это ладно. Главное другое: где прибыль? Кроме возможных больших потерь и огромного риска, я ничего иного не вижу.

– Я готов заплатить вам двадцать тысяч пиастров за одну разведку! – твердо ответил Тимко. – А как там будет дальше, решим после.

Ошеломленные испанцы переглянулись – сумма была весьма солидной. Быстрее всех опомнился капитан Альварес.

– Тридцать тысяч, и я готов пойти хоть в ад! – сказал он внезапно охрипшим голосом.

– Согласен! По рукам?

– По рукам!

Тимко даже вспотел. Смахнув пот со лба, он произнес тост за содружество, который испанцы горячо поддержали…

Пути сообщения на Эспаньоле оставляли желать лучшего. Испанским колонистам, которые жили в глубине острова, приходилось изрядно потарахтеть костями, пока они добирались на рынки побережья, в частности в Сан-Доминго, столицу острова, где их товары пользовались повышенным спросом. Обычно с апреля по июнь и с сентября по ноябрь небо открывало свои шлюзы, и тропические ливни лились как из ведра, перекрывая дороги бурными потоками. А уж летние ураганы, которые насылал на остров сам дьявол, как говорили в страхе несчастные колонисты, могли в одночасье лишить их и жилищ, и плодов тяжелого труда.

Дороги на Эспаньоле были каменистыми, извилистыми и запутанными; их старались прокладывать по равнинам и лощинам, по возможности избегая горных склонов, но не всегда это получалось, потому как на большей части острова властвовала сельва. Ливни местами превращали дороги в непролазные топи, а реки приходилось переходить вброд, ведь мостов не существовало. Помимо изнуряющей жары, духоты и полчищ насекомых, безжалостно жалящих как скотину, так и людей, страшным бичом путешественника была пыль. При каждом дуновении ветра из колеи и с обочин поднимались тучи мелкого песка, покрывая ровным сероватым налетом одежду и открытые части тела. Среди камней то и дело попадались скелеты павших в пути животных, а иногда и человеческие кости – непримиримые индейцы-караибы[47] были мастерами засад, и не всегда испанцы могли надлежащим образом похоронить беднягу.

В один из июльских дней по дороге, которая вела к заливу Гонав, катила небольшая крытая фура, запряженная двумя крепкими молодыми мулами. Поначалу колонисты для перевозки тяжестей использовали быков, но они были настолько медлительны, что от них пришлось отказаться. Повозка с упряжкой мулов преодолевала за сутки от 6 до 8 лиг[48], в то время как на быках за то же время проезжали лишь треть этого расстояния. Но самым главным достоинством мулов считалось то, что в случае нападения кровожадных караибов от индейцев можно было спастись, понадеявшись на резвость и выносливость животных.

Фурой правил белый, возможно, испанец, если судить по длинным черным волосам, хотя черты лица выдавали в нем представителя какой-то другой национальности. Но это если хорошо присмотреться; к тому же на голове возницы красовалась плетенная из соломы шляпа с большими полями, под которой он прятался, как под зонтиком. Судя по бедной одежде, он попал в долговую кабалу, а его хозяин-колонист сидел в глубине фуры на кулях с маисом. Рядом с повозкой, когда пешком, а когда бегом – если дорога позволяла мулам перейти на рысь, топали два здоровенных негра. Это были рабы. В руках они держали длинные палки из железного дерева, заменявшие им оружие.

– Каррамба каррахо! Мьерда! – выругался хозяин, вытирая со лба обильный пот. – Чтобы я когда-нибудь еще раз сел в этот проклятый шарабан!.. Я чувствую себя хуже, чем в самый большой шторм!

– Терпение, синьор Альварес, терпение… – процедил сквозь зубы Тимко и щелкнул кнутом, подгоняя мулов, сбавивших ход.

– Осталось немного, – подал голос «раб», который услышал стенания Альвареса. – Не более двух лиг.

Негры были маронирами. Их присутствие рядом с испанцем-колонистом, которого изображал Хорхе Альварес, не могло вызвать подозрений. После того как испанцы уничтожили прибрежные племена караибов – многих просто убили, а оставшиеся не выдержали тяжелого труда на плантациях, и выжили лишь самые непокорные, которые ушли в леса, – черные рабы стали на Эспаньоле обыденным явлением.

[47] Караибы, карибы – воинственный индейский народ, в период открытия Америки населявший остров Гаити, Малые Антильские (Караибские) острова и всю северную часть южноамериканского материка (бассейн р. Ориноко) и распадавшийся на 200 различных племен, имевших столько же наречий.

[48] Лига – британская единица измерения расстояния. 1 лига = 3 милям = 24 фурлонгам = 4828,032 м.