Жалованье небольшое, но его хватает, чтобы пополнить запас продуктов.
Николас будто чувствует, насколько я устала, и в один из вечеров встречает меня ароматом свежего яблочного пирога.
И почему-то именно от этого простого жеста внутри ощущается прилив надежды. Мы справимся, потому что я и Гаспар вместе, и потому что его окружают добрые и верные люди.
Выручает и генерал Райнхарт.
Я встречаюсь с ним пару раз, помогаю с приступами.
Он уже знает о заблокированных счетах и пытается оставить деньги.
Я отказываюсь.
— Мы друзья, Макс.
— Бери, Николь, тебе нужно.
И я беру. Гашу плату за дом.
Он знакомит меня со своей первой женой. Она — министр.
Красивая, очень умная женщина.
Они давно не вместе, но у них общий сын. Когда Райнхарт говорит о ней, в голосе напряжение. Я понимаю: он до сих пор любит её. И сожалеет о сделанных ошибках.
Кстати, о сожалении об ошибках.
Не проходит и дня, чтобы я не интересовалась у Метса, как там Калеб.
Доклады первое время были сухие: сбежать не пытается, по-прежнему живёт с женой и малышом, ходит на работу.
Но буквально вчера произошло то, чего я так ждала.
Калеб отправляется к целителю-менталисту.
После его визита, целителя навещаю я. Мне необходимо знать каждый шаг, каждую мелочь. Слишком много стоит на кону, и я должна контролировать всё, что происходит.
— Калеб что-то вспомнил? — спрашиваю я целителя Ларена.
Он охотно идёт на контакт. Менталист сразу понимает, что я не имею злого умысла и искренне и очень глубоко переживаю.
— Психика человека слишком хрупка, леди Николь, вы целительница и должны понимать, — произносить Ларен. — Если резко открыть болезненные воспоминания, можно причинить больше вреда, чем пользы. Я ослабил барьер, и теперь нужно немного подождать, когда создание Калеба само доберётся до тёмного угла памяти. Мозг чаще всего наводит порядок в голове во время сна.
Я благодарю целителя Ларена и прощаюсь.
Теперь остаётся ждать.
Возможно, уже завтра утром Калеб проснётся и вспомнит всё о том дне.
Я вытираю руки полотенцем и выхожу из ванной.
В спальне почти темно, и только мягкий свет лампы ложится на лицо Гаспара.
Он не спит. Ждёт меня.
Его глаза вспыхивают сразу, как только я переступаю порог.
И каждый раз, когда он смотрит на меня вот так… Будто я — самое прекрасное, что случилось в его жизни… Я снова чувствую себя самой любимой.