Это ведь его ребёнок… Не от калеки же она беременна — это совсем невозможно.
Дыхание становится тяжелее.
Значит, всё ещё можно вернуть.
В королевстве нельзя развестись с беременной женщиной.
Если всё подтвердится, и окажется, что Николь носит его наследника, то его брак с Викторией и её — с ван Райденом окажутся недействительными.
А Николь и ребёнок снова станут его.
В дверь осторожно стучат.
— Да, — рявкает он.
Появляется Виктория — как всегда внешне безупречная.
Дорогое платье, идеальная причёска. В руках папка с документами.
До свадьбы она была его помощницей и осталась после. Он не любил менять привычное.
Виктория молча кладёт на стол бумаги.
— Подпись нужна здесь, милый.
Сол смотрит на неё несколько секунд.
Когда-то эта красота сводила его с ума.
А сейчас… Раздражает.
Всем своим присутствием напоминает ему о том, что он ошибся. Он всегда любил Николь. Привык к ней, как к части себя. Её голос, её степенное спокойствие, забота, руки, всё её существо — он так по ней скучает…
По домашнему теплу, по нормальным разговорам.
Николь была умна, не то, что Виктория.
И теперь он смотрит на свою жену и понимает, насколько её безупречная красота стала ему противна.
— Свободна.
Виктория быстро уходит.
Он даже не смотрит ей вслед.
Через пару часов на стол ложатся донесения от верных людей, которые быстро копнули под ван Райдена.
Сол перечитывает бумаги несколько раз.
Значит…
Ван Райден вовсе не бедняк. Тридцать миллионов на счету в банке — большой перевод от известной строительной компании по договору.
Всё выглядит безупречно, и это больше всего злит Бекфорда.
Злость заполняет до краёв.
Он заговорщицки улыбается, собственноручно выводя строки анонимного доноса.