Мой медведь беснуется, ведь я хотел покутить в студенческие годы, прежде чем мне даруют истинную пару. А теперь я под надзором, что ли? Нет, меня это не устраивает!
Мы останавливаемся у двери деканата. Резко распахиваю дверь и тут…
БАМ!
Врезаюсь в чье-то щуплое тело. Девчонка вскрикивает, я хватаю ее, чтобы не упала. Под кожей тут же разливается приятное тепло.
— Отпусти…
Тело реагирует раньше, чем мозг успевает сообразить.
Медведь внутри ревет, начинает скрести о грудную клетку изнутри — такого со мной не было ни разу.
Сжимаю ее плечи сильнее, чем нужно. Замираю, пытаясь понять, что, черт возьми, происходит.
Она поднимает взгляд.
— Полина?
ГЛАВА 2
Полина
— Наконец-то съехала от родителей! — моя подруга Эля падает на кровать в нашей комнате в общежитии и раскидывает руки.
Она волчица. Дочь бывших альф центральной стаи. Теперь ее отец руководит южной стаей, а Эльмиру отправили учиться в университет под присмотр волчьей ведьмы.
— Зато там всегда тепло, — хмыкаю, аккуратно раскладывая одежду из сумки в шкаф. Я только с самолета, еще не успела разложиться даже. Мы будем жить вместе с Эльмирой.
Сама я из далекого северного городка N. Мои отцы — оборотни, а мама — человек. Они решили, что мне будет лучше учиться вместе с остальными детьми из семей оборотней для поддержания контакта.
— Белая медведица говорит мне о тепле, — хихикает Эльмира, затем проводит пальцами по длинным каштановым волосам. — Я слышала, Гордей тоже поступил в этом году.
Замираю с футболкой в руках. Поджимаю губы и отворачиваюсь, чтобы подруга не увидела мои эмоции.
— И что? — стараюсь, чтобы голос не дрожал.
— Просто сказала. Будет учиться на первом курсе. Вместе с нами.
Гордей…
От одного имени этого парня в груди жжет. Почему? Потому что когда-то мы были друзьями. Переписывались, присылали друг другу мемы и планировали совместную учебу.
Я даже думала, что мы точно должны быть истинной парой.
Но потом вмешался ледяной конец света.
Гордей уснул…
А я… изменилась. Боялась признаться даже себе, что мне нужна его поддержка. А он просто молчал.
Возможно, у нас был бы шанс, если бы Бероев не перестал мне писать. И не начал постить сторис с девицами в клубах. А потом и вовсе уехал в Норвегию.
— Поля! — резкий голос другой волчицы вырывает меня из воспоминаний. Яркая блондинка Ася, дочь Агнессы, впархивает в нашу комнату. — Привет!
Она плюхается на мою постель.
— Папа сказал, что ты уже здесь. Вот, поздороваться приехала, — подмигивает она. — Мы, оборотни, должны держаться вместе!