— Нет. Если хочешь, я помогу тебе подняться на другой этаж.
— Зачем мне это, когда у меня нет тела?
— Разве нет способа восстановить тело? Да, изо льда твое тело я вряд ли вытащу, но есть же другой вариант?
Люцифер выдохнул и посмотрел куда-то вправо. Там, куда он невольно глянул, располагался выход из пещеры. Оттуда в это закрытое мрачное место и проникал свет.
— Коцит нельзя разморозить, — отвечал падший. — Только у стражей есть такая способность. Разве что найти мощный оберег…
— Тогда мы можем найти оберег! Разве это не хорошая сделка?
Люцифер нахмурился. Взглянув на юношу, стоявшего прямо напротив, он строго заговорил:
— Почему ты предлагаешь это сейчас? Почему не сделала этого раньше?
— Это мое тринадцатое стирание памяти. — Бен невольно усмехнулся. Присев на корточки, он слегка наклонился вперед и многозначительно посмотрел в глаза падшего. — Поверь, раньше я если и задумывался об этом, то только как о наихудшем выборе.
— И все же ты к нему пришел.
— А как еще? За мной охотятся, к тому же, я уже двенадцать раз провалился.
Люцифер, ухватившись лишь за слово «охота», невольно улыбнулся. Мечтательно закатив глаза, он ответил:
— Я бы посмотрел, как тебе оторвут голову.
— Не злись. Давай дружить?
Бен широко улыбнулся и внезапно протянул лапу вперед, будто для рукопожатия. Люцифер, не способный в таком состоянии даже руки поднять, еще более гневно взглянул в его глаза, и лишь после этого взора Бен опомнился.
Вздрогнув, парень сразу же опустил и даже убрал руку за спину. Найти нужных слов после такой оплошности он не смог, но виновато улыбнулся.
— Я не могу тебе верить, — серьезно ответил Люцифер.
— Разве я когда-то лгал?
— Не ты ли сказал, что доверять предателю равносильно самоубийству?
— Я особенный?
Бен широко улыбнулся, а Люцифер недовольно цокнул. Создавалось впечатление, будто они оба говорили на разных языках, ведь один из них все время вел себя беззаботно, а другой был чересчур серьезен.
Наступила тишина. Бен, осознававший, что это был очередной тупик в их разговоре, устало выдохнул, взмахнул руками и заговорил:
— Слушай, для меня это только тринадцатое стирание памяти. Это значит, что в сумме я пробыл здесь около двух недель. А как долго в этом месте находишься ты? Неужели все еще не хочешь выбраться отсюда?
Люцифер недовольно хмурился и смотрел на Бена с недоверием. Слова, которые подбирал юноша, били по самому больному. Возможно, именно из-за этого падший вместо того, чтобы начать полностью игнорировать собеседника, все еще как-то пытался ему отвечать.
— Ты не боишься, — недоверчиво протянул Люцифер, — что я тебе отомщу?
Бен пожал плечами и покачал головой. Он довольно вальяжно сел на каменную поверхность земли и задумчиво заговорил:
— Скорее верю, что я что-нибудь придумаю.
— А за других людей не переживаешь? Я могу убить кого-нибудь.
— Нет, — мгновенно ответил Бен. — Меня мало волнуют те, кого я не знаю. А сейчас я не знаю буквально никого.
— В аду таким эгоистам, как ты, самое место.