Тёмная фигура мелькнула тенью, ограждая от меня светлое облако платиновых волос. Движение, и в тусклом свете какого-то ангара показалась Юлька. На её голове уже красовался огромный холщовый мешок, в воздухе летала пыльная взвесь, и бугай даже звонко чихнул, поправляя маску на своем лице. Он дернул на себя Юлю, но получилось слишком резко, и вместо того, чтобы подняться, она рухнула на колени. Мешок слетел с головы, и во весь экран на меня уставились огромные перепуганные глаза. Мне словно в грудину прописали... Боль глухая, резкая, парализующая. Смотрел, не моргая... Точно так же, как и она. И столько гнева, столько ярости было в них, что я сразу не понял, какого черта? Но тут плеча коснулась теплая женская ладонь... Одна из танцовщиц начала извиваться за моей спиной, пока Игорь Князев, прижавшись к стене, протискивался в сторону Ульяны. Тонкая женская рука проскользила по рубашке, прокрадываясь к вороту. Быстрое касание, острие ноготков по коже. Но вот что занимательно - Юля с таким увлечением следила за этими движениями, как пациент - за маятником гипнотизера.
Губы сомкнуты, чуть подрагивают, на шее забилась венка, выдающая её панику с потрохами. Когда Князев принял удобную позицию, чтобы тоже видеть экран, я оттолкнул девчонку и поднялся с кресла, медленно направляясь к Ульяне.
- Ты, женушка, кого угодно своим острым язычком доведёшь, да? - я рассмеялся, маскируя шаги выбегающего Князева. - Ну что, парни? Что она натворила на этот раз?- Барышню уводите. Мы тут сами теперь разберёмся... - прохрипел амбал и толкнул Юльку, передавая её в чьи-то руки.
Значит, их там несколько.
- Ну, давай разбираться, - забрал у перепуганной Ульяны свой второй телефон и вытолкнул сначала её, а после и девочек отпустил, плотно закрыв за ними дверь. - Ты кто, смертник?- А это неважно, - бугай проследил за кем-то вне поля объектива камеры, а после присел на металлическую бочку.
Он чуть колыхнул рукой, цепляя окончание витиеватой надписи, сделанной синей облупившейся краской. В кадр попала дырявая крыша, накрытая старым шифером, горы металлолома, деревянные бабины с остатками кабеля. На первый взгляд, место было незнакомо. Но учитывая, что с момента похищения прошло не более восьми часов, вывезти Юлю за пределы области не успели, если только не воспользовались вертолётом. Смотрел в камеру, а сам набирал Князеву и Вахе сообщения с указанием проверить все вертодромы, площадки и диспетчерские пункты. Поднять птичку в воздух без согласования невозможно, а значит, нужно отсечь этот вариант, прежде чем переворачивать город верх дном.
- Будешь Поленом тогда, - дернул плечом и снова сел в кресло, присосавшись к горлышку бутылки. Пара обжигающих глотков, сигарета, и шестеренки заработали. Лютаев, а вот ты вообще бесстрашный? - придурок захрипел, дернул головой, потому как шерстяная маска была на размер меньше, отчего постоянно сбивалась с носа. - Ни с кем не делишься, бабло рубишь, как коза капусту, хороших людей раком нагибаешь.
Так тебе денег, что ли, надо?
Да нет... Считай это наказанием. Твоя курица блондинистая ещё рассчитывает, что муженёк спасет её, но мы-то понимаем, что это было ваше последнее свидание. Да, Лютаев?- Да сколько угодно... - закрыл глаза, сделал резкую затяжку и выплюнул несколько тугих колец сизого дыма. - Забирай. Эту девку мне отец подложил. Говорит, гены у неё хорошие, а значит, внуки умные будут. А мне вот Гены с детства не нравились... Тупые отморозки, все до единого. Ты случаем не Гена? Нет, - растерянно усмехнулся отморозок.
Ну и ладненько тогда. Если это всё, то отбой, Полено, некогда мне... Стриптиз не досмотрел. Глухой стон перекрыл тяжелый выдох бугая.
Юлька…
Глава 17
Экран вновь вспыхнул именем Анастасии Малининой. Но брать трубку я не торопился. Если она узнает об исчезновении дочери, что сделает?
Расплачется, закатит истерику, свернёт кровь врачам, ну а после непременно позвонит моему отцу.
Какого черта он к ним прицепился?
Толкнул дверь дальнего кабинета, включил свет и прошел к столу, раскладывая документы пышным веером. Должна быть причина! Почему из сотен симпатичных мордах он выбрал именно Малинину? Да, семья влипла по самые гланды. Да, по сути, они расплачиваются за косяки Андрея Малинина. Вот только мой отец не похож на мецената и благотворителя всея Руси. И как бы я ни пытался, ни единой причины этого поступка найти я не смог. Пока...- Чёрт! - взмахнул рукой, и тёмная бутылка отлетела к стене, рассыпаясь фонтаном брызг и россыпью мелких стекляшек.
Опёрся об угол стола, ощущая, как в плоть медленно впивается осколок. Боль резкая, отрезвляющая. Перевернул ладонь, сжал, останавливая кровь. Мускулы стали каменными. Пульс зашкаливал, в ушах вакуум. И всё, чего сейчас хотелось - рвануть в ринг и выплеснуть это несвойственное мне напряжение. Но не дошёл... Взгляд упал на боксёрскую грушу. Сорвал рубашку и сходу стал лупить по потрескавшейся твёрдой коже.
Твою мать! Ну почему она-то?
Я презираю слабость... Никому её не прощаю, а себе особенно. Но вспоминаю грязный мешок на белых, почти платиновых волосах, который навевал полный ужас. Но бесил даже не факт, что эти полупокеры выбрались из криокамеры прошлого столетия, меня напрягало, что не было ни единого требования. А значит, не в бабках дело. Пугают, прощупывают... Схватил со спинки полотенце, стер с лица пот и вернулся к столу. Открыл лэптоп и запустил камеры наблюдения. Не просто так они не перезванивают. Нужны были бы деньги - отпоавили бы натюрморт из ножа и изящного женского пальчика. Или ухо... Но нет! Молчат...
Быть может, потому что наблюдают? И раз я не бросился на выручку сломя голову, то сейчас эти твари быстро перегруппируются. Осталось понять, что им нужно. От размышлений меня вновь оторвал входящий звонок, и я даже выдохнул с облегчением, когда увидел имя Юлиной матери.
Алло, - закурил и сел в кресло, медленно перебирая документы. Никита, добрый вечер! Это Настасья Малина... Мама Юли. Лютаевой Юлии, - это уточнение показалось каким-то нелепым, даже смешным. Женщина выдержала паузу, громко выдохнула, пытаясь успокоиться. Здравствуйте. Чем обязан?
Никита, я не могу дозвониться Юле. Мы с ней с утра немного повздорили, она убежала, а теперь не берет трубку!
А что случилось?
Это неважно, Никита. Просто я переживаю.
Ну что, вы дочь свою не знаете? - выдавил смешок, чтобы хоть как-то успокоить её. Пообижается, а завтра снова примчится к вам с самого утра. А вообще для тревоги нет повода. Юля опять в библиотеке универа, в сопровождении охраны.
С охраной? - еле слышно произнесла Настасья.
Конечно. Анастасия Михайловна, дочь у вас взрослая, самостоятельная, а я очень мнительный и острожный. Она имеет право не брать трубку, но делает это под присмотром, - я чуть повысил голос, чтобы привести её в чувство. - Как только вернусь домой, передам, что вы её искали.
Никита, не нужно! Ничего не говори, а то еще больше обидится.. .. Ты прав, завтра утром
приедет, тогда извинюсь лично. Прошу прощения за поздний звонок.- Всего доброго...
Отбил вызов, залез в телефонную книжку и не сумел сдержать смеха, потому что журнале последних вызовов имени моей жены не было. А ведь я ни разу не звонил ей сам... Бред! Театр гребаный. А мы в нём актеры. И это ещё отец не знает, что срок договора определен без его на то согласия.