– Дядя Костя говорил, что он глуховат, – тихо пояснил Захар девушкам.
– Это дядя Костя туповат! – резко сказал дед. – А я слышу лучше него.
– Извините, – торопливо выговорил Захар. Так неловко он себя никогда не чувствовал.
– Что? Явился, черт поганый? – Стефан Иваныч посмотрел на Захара.
– Вы это мне? – не понял тот.
– Ты тот еще поганец. – Стефан Иваныч покачал головой. – Но не черт.
Захар не понял, обижаться ему или согласиться. Местные вообще не стеснялись в выражениях.
– Вы знаете того человека? – спросила Ясна.
– Ничего людского там давно нет, – возразил Стефан Иваныч и записал в кроссворд новое слово. – И сомневаюсь, что вообще когда-то было.
– В каком смысле? – снова не понял Захар.
– Молодой человек, вы как, сказки родные хорошо знаете? – Дед внимательно посмотрел на него.
– Ну так. – Захар замялся, пытаясь вспомнить хоть одну сказку, которую можно было назвать русской народной.
– Не напрягайся. – Стефан Иваныч махнул рукой и снова вернулся к кроссворду.
– Ладно, допустим, он не человек, – снова заговорила Ясна. – Но что он тогда здесь забыл?
– Да то же самое, что ваша Лапа. – Дед крякнул, потянулся к жестяной кружечке и шумно отпил. – За песней приехал.
– Какой песней? – подала голос Соня.
Стефан Иваныч посмотрел на нее, снова покачал головой, что-то проворчал себе под нос и выглянул в окно.
– Здесь пели песню смерти, – сказал он после долгой паузы. – Как раз на том месте, где трапезную поставили, был камень. Тому камню крови давали и слова нужные произносили.
– И смерть отступала? – уточнила Ясна.
– Все куда сложнее, девочка. – Дед улыбнулся, потом как-то странно посмотрел в ее сторону. – Не надоело за масками скрываться?
Ясна не ответила, замолчала и отступила ближе к двери.
– Ты сама знаешь ответ на этот вопрос, – сурово добавил Стефан Иваныч. – Зачем тебе, чтобы я отвечал?
Ясна молчала.
– Тот человек опасен? – Захар почувствовал, что надо переключить внимание старика. – Он может убить?
– Он только и делает, что убивает. – Дед улыбнулся в бороду. – И отсюда вряд ли уйдет без жертвы.
– Старх в опасности, – прошептал Захар.
– Остальных надо из трапезной увести, – подхватила Софья.
– Ему же только слова нужны? – Захар посмотрел на Стефана Иваныча.
– Уже не уверен. – Взгляд деда затуманился. – Очень много своих приехало в деревню, слово нарушили, знак вспомнили. Он захочет больше чем просто слова. Он захочет силу.
Захар не дослушал. Голос в голове буквально заорал, что надо вмешаться и помочь Старху. Иначе быть беде, беде, за которой потянется череда других, еще хуже.