Софа не понимала. Она старалась не критиковать тетю Наташу. Кто знает, как она будет вести себя со своими детьми.
В квартире стояла тишина.
Может, уехал, а?
Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста...
Софа нагнулась, чтобы расстегнуть босоножки, когда кожи едва ли не физически коснулось нечто липкое и неприятное.
– Явилась, значит. И че так долго? Ебарь, что ли, какой провожал?
Мат коробил Софу. Толик при матери никогда не выражался. По крайней мере, она не слышала. А вот при ней не стеснялся.
– И тебе привет, Толь.
Она села на невысокий пуфик. Разуваться нагнувшись не вариант.
Она пробовала и получила по заднице. Типа «нечего стоять, завлекать».
Софа быстро училась.
Мышцы живота неприятно сжались. Что-то не так в доме...
– Так че задержалась-то, спрашиваю?
И еще при матери он никогда не «чекал», а при ней изображал крутого пацана. Естественно, в меру своего понимания.
– С подругами в кафе посидели.
Можно было и не отвечать, но конфликтовать не хотелось.
Иногда ей казалось, что он ждет некого удобного случая, чтобы... Сделать что? Напасть на нее?
– Могла бы и меня пригласить. Я бы быстро пригнал.
Весной тетя Наташа купила ему машину. Но Толик всем говорил, что это он сам. Молодец, красавчик и прочее бла-бла.
Может, Софа бы тоже поверила, если бы не слышала, как тетя Наташа рассказывала маме в подробностях, сколько она копила на «машину Толику», как приходилось экономить каждый рубль и все для того, чтобы у Толика было все самое лучшее.
– Тетя Наташа дома? – Внезапная догадка полоснула нутро Софы.
Что-то очень тихо было.
Тетя Наташа обычно суетилась на кухне. А как же, у ее Толика должно быть разнообразное питание три раза в день, и ни в коем случае он не должен есть одно и то же дважды! Упаси боже. Только свежая пища.
А вот что он не доел...
Нет-нет, Софе не предлагали.
Софе – продавали. Потому что на днях тетя Наташа ей выкатила целое меню с ценами на то, что она готовит. Не поленилась! Составила, все просчитала, все разобрала на БЖУ, чтобы уж наверняка убедить Софу – конечно же, не себя, она-то все делает по доброте душевной, – что для нее кушать в доме Тихоновых наилучший вариант.
А то, что ценники опять-таки выше даже, чем в приличных кафе, – ерунда! Зато домашнее. И свежее. Ну почти...
– Не-а. Свалила к тетке.
Толик почесал пузо. Точнее, плоский живот, но отчего-то воображение Софы рисовало его в будущим с «аквариумном» животом.
Софа выпрямилась. По спине пробежал холодок.