А ещё Альваро ошибался в том, что я смогу этот переход пережить.
Может быть, он и построил бы телепорт в другой мир, да только у меня здоровье было с напёрсток. И это было связано не с тем, что я малохольная и слабая. Это было связано с тем, что я была не в своём мире. Душа драконицы Айры исчезла и, значит, для равновесия я тоже должна была умереть. Наверное, это было чем-то вроде издёвки судьбы: дать шанс, а потом его отнять. Я не знала.
Но шелохнуться не могла и глаза прикрыть тоже. Поэтому смотрела в тёмное небо. Как по нему бежали тучи, облака. И снег — противный, дурной, холодный и колющий. Сначала он едва-едва касался моей кожи. А потом я стала понимать, что его уже не чувствую — значит, замерзаю.
И шелохнуться я не могла, вероятнее всего из-за переломов, из-за того, что шею выгнуло под неправильным углом. И то, что ещё несколько секунд назад по виску текло что-то тёплое, а теперь это было холодным.
Я отдавала отчёт, что это был шаг в никуда. Я понимала, что не очнусь по другую сторону телепорта. Но я сохранила жизнь безумному дракону, который в своей попытке спасти жену был готов на многое. Нет, я не считала себя великомученицей. Я просто понимала, что жизнь человеческая ценится намного меньше, чем жизнь истинного дракона, у которого в этом мире дети, родители, семья. Пусть лучше ушла я, чем ушёл бы этот глупый, самонадеянный индюк, которого девочки любят до дрожи.
Тихо по вечерам я часто слышала от Дарины: «Папа хороший. Я скучаю по папе». И от Катарины: «Он обязательно за нами вернётся. Он всегда возвращается. Помнишь, помнишь, как он меня учил левитировать?»
Я не помнила. К тому моменту были остаточные воспоминания Айры, где действительно Катарина слегка взмывала в воздух, а Альваро придерживал её за талию, чтобы она не пугалась.
Пусть лучше этот наглый самовлюблённый индюк продолжает жить, чем угробится, свернёт шею, пытаясь найти свою жену.
Не найдёт.
Я уже это знала и лёжа на холодных камнях под снегопадом чёрт пойми где, у меня перед глазами была картинка той самой драконицы, которая качала головой, тяжело вздыхала.
— Я ж тебя просила не уходить. — Тихо шепнула Айра с недовольством и раздражением. — Я же просила тебя присмотреть за ним. Ну ты чего?
А я разводила руками в разные стороны, пытаясь объяснить, что это был единственный вариант, при котором он остался бы жив.
Что-то было у меня подозрение, что если бы Альваро шагнул со мной, то телепорт, скорее всего, сработал бы по-другому. И когда эта мысль промелькнула в голове, перед взором стала таять та драконица Айра. Только бровки хмурила и качала недовольно головой.
— Я же просила...
Я всё ждала того самого яркого белого света в конце тоннеля. Но он почему-то никак не наступал. Только тело немело сильнее. Только казалось, что холод пронизывал даже кости.
И когда я была готовa поклясться, что вот-вот появится та самая дорога, которая есть у каждого перед самым финалом, я вдруг ощутила горячее прикосновение к коже. Я, наверное, уже была не в себе и меня, наверное, спасти было невозможно.
Но тепло расползалось. Сначала коснулось лица, а потом как-то неудачно, болезненно, но ещё где-то у меня в подсознании — плеча. И совсем что-то отвратительное — груди коснулось тепло. Мне очень хотелось заплакать. Но я была лишена даже этой возможности. Поэтому просто ждала.
А момент не наступал и не наступал.
И только когда во рту почудился привкус железноватый и какой-то горький, что ли, я засомневалась, что это дорога в один конец. От этого привкуса, который потёк по языку, застрял в горле, мне почему-то становилось жарко. Жарче, чем было, наверное, за последний месяц. Я вдруг почуяла, как у меня шевельнулись кончики пальцев на ногах. Я почувствовала, как ладони пронзили сотни иголочек, словно бы руку отлежала. А потом вдруг резко кровоток вернулся на место. Я вдруг почувствовала, что тепло в груди, которое меня коснулось, стало разрастаться так, что выдохнуть невозможно без огня. Мне показалось в тот момент, что в моих силах даже изогнуть шею, запрокинуть голову, чтобы прокашляться.
И спазм перетянул лёгкие такой сильный, что я не выдержала и закричала от боли, от страха, от огня, который внутри. Закричала и распахнула глаза, в которых мир отразился иначе.
По-другому.
Так, словно бы на этот мир глядел вертикальный взгляд дракона.
Глава 85
Альваро.
— Стоять. Стоять, пока не заковал под стазис. — Тихо произнёс я, понимая, что если и она начнёт оборачиваться, то это будет из разряда дурной шутки.
Но вместо этого Арина обмякла и тихо прикрыла глаза. Я приложил два пальца к пульсирующей венке на шее и тяжело задышал.
Жива.
Жива была.
Кто сейчас была рядом — мне было абсолютно не важно. Я понимал, что она жива.
Резко дёрнувшись в сторону, я взмахнул ладонью, останавливая Иоланту.