Охэйо встряхнул волосами, потом пошел вперед. Никто не помешал ему и Лэйми последовал за другом.
Напротив входа зал упирался в переборку из стальных колонн и толстых плит стекла. За ней было пространство цилиндрической формы. Размер его Лэйми не мог определить; в любом случае, его следовало считать на мили.
В самом центре его парило солнце - шар зеленовато-белого, кристаллизованного света. Вокруг него двигались блестевшие ртутью массивы - несколько огромных, ощетинившихся длинными иглами, и множество мелких. Они плыли, словно бы нанизанные на нити невидимых бус, и нити эти изгибались вдруг то вверх, то вниз, непостижимым образом избегая столкновений...
На металлических глыбах горели яркие синие огни, на стенах виднелись окна и целые лабиринты прямоугольных расщелин, заполненных тусклым голубым пламенем. Своды здесь заменял целый лес узких арок, сходившихся к пучку игл, по спирали опускавшихся вниз; центральная касалась кристаллического солнца. Между арками лежала непроницаемая тьма.
Лэйми посмотрел вниз. Кольца неторопливо плывущих механизмов... слои, полотнища туманного света, который они пронизывали, излучали и тянули за собой... всё ниже и ниже... словно бы чудовищный водоворот бледной дымки, воронка, дна которой отсюда нельзя было увидеть.
- Что это? - внезапно дрогнувшим голосом спросил он. Ему вдруг вспомнился сон под Зеркалом Вьянтары - цилиндрическое бездонное пространство, в котором парило, кружилось множество глыб - он парил между них, неотвратимо спускаясь к чему-то... к чему-то страшному. Это было то самое место.
- Я думаю, то, что я так долго искал, - сказал Охэйо. - Машина, изменяющая Реальность. Сердце этого города. В Харе я постарался собрать все сведения о них. Это виртуальные машины. Они состоят больше из самоуправляемых и самоподдерживающихся потоков частиц и энергии, чем из металла, и создают себя заново каждый раз, когда включают их механический зародыш. Это, конечно, лишь миниатюрная модель, предназначенная для защиты. НАСТОЯЩИЕ машины Реальности должны быть, скорее, похожи на звезды или небольшие пульсары, чем на привычные нам механизмы. Управление этой машиной явно очень сложное, раз тут сидит сразу два десятка человек.
- Разве его нельзя сделать проще?
- Можно, наверно. Но отдельные особи нашего вида бывают... весьма эксцентричными. Предосторожность не слишком надежная, но в данном вот случае - очень эффективная.
Охранники вновь окружили их и повели по узкой и крутой стальной лестнице вниз, в просторное помещение под пультовой. Ничего интересного там не было - только тихо гудящие серые шкафы и толстенная выгнутая дверь во внутренней стене - она сдвинулась, едва они к ней подошли.
За дверью была небольшая круглая платформа, огороженная перилами. Она, казалось, свободно парила в шахте, состоявшей из выгнутых плит столь же толстого стекла и массивных стальных балок. За плитами Лэйми увидел зал машины Реальности и у него вдруг часто забилось сердце - шахта вела вниз, насколько хватал глаз...
Он понял, что там случится ещё до того, как пол ушел у него из-под ног. Лифт опускался так быстро, что поперечины слились в сером мелькании. Потоки парящих массивов проплывали перед ним и голова Лэйми закружилась. Потом их очертания скрыл серебристый светящийся туман, в нем плыли смутные, неясные тени, усыпанные яркими огнями. А потом туман вдруг рассеялся - и он увидел новое пространство, ещё более огромное, чем зал наверху, залитое солнечно-белым светом; его излучали плоские диски, свободно парившие в воздухе. Цилиндрическая стена казалась мозаикой из множества стальных частей различного размера. В ней тут и там зияли неправильные бреши и Лэйми подумал, что кое-каких деталей пока не хватает. А в центре парила чудовищная, может быть, в милю диаметром, конструкция - дырчатый многогранник, ощетинившийся множеством разной длины игл, пустой внутри, - но Лэйми чувствовал, что это изменится. Вокруг этой громадины вилось множество более мелких машин и он видел белое сияние пластического поля, формирующего части невообразимого целого. От масштабов зрелища, количества деталей и глубины перспективы у него просто захватывало дух.
- Похоже, они строят новую машину Реальности, намного более мощную, - предположил Охэйо. - Или даже более высокого порядка. Они готовят контрнаступление, Лэйми.
- Контрнаступление?
- Я думаю, у них просто нет выбора. Мы же видели, что область их реальности сокращается. И потом... для нас её граница не стала непреодолимой преградой, а тварей она не задержала тем более. То, что их породило - да, разумеется, но сами эти порождения - нет. Они пробьются сюда - рано или поздно, но неизбежно, - если...
Лэйми промолчал. Они спускались всё ниже и теперь он уже видел дно этой невообразимой пещеры - похожее на чудовищных размеров карьер. Среди горообразных выступов скал суетились бесчисленные машины, казавшиеся крохотными игрушками с высоты.
- Они используют скальную породу как строительный материал, - заметил Охэйо. - Перерабатывают её в пластическом поле. И... посмотри-ка. Там, в центре...
Лэйми присмотрелся. Да, в самом центре дна зияла шахта. Он не обратил бы на неё внимания, но вокруг неё висело кольцо темных металлических массивов, обращенных остриями внутрь. Они напоминали молчаливых, упорных стражей и Лэйми начал понимать, что это всё означает. Он уже видел такую шахту - подобную горлу, ведущему в самую глубь земли...
Охэйо вдруг выругался. Лэйми испуганно вздрогнул - раньше Аннит никогда не позволял себе таких вещей - но, проследив за его взглядом, понял, что причина была. Прямо под ними из стены выступала громадная платформа - именно к ней вела труба лифта. На платформе стояли массивные угловатые машины с короткими трапециевидными крыльями, - лишь разглядев рядом с ними людей, он понял, что они величиной с дом, если не больше. Глухая броня и короткие стволы, выступавшие из передней части корпуса, не оставляли сомнения в их военном назначении. В замкнутом помещении, даже столь гигантских размеров, они были совершенно бесполезны. И для вылазок наружу их стоянка мало подходила...
- Лэйми, они хотят нас... - начал Охэйо, но договорить не успел.
Один из охранников вдруг вытащил из кармана нечто, похожее на часы на цепочке. Лишь когда эта вещь раскрылась, подобно цветку, Лэйми узнал блик - парализатор, созданный Охэйо.
Он успел подумать, что поток знаний к Зеркалу Хониара не был односторонним и что есть нечто забавное в том, что Аннита сразит придуманное им же оружие. Потом ослепительная вспышка смешала все его мысли.
11.
Придя в себя, Лэйми мгновенно пожалел об этом - голова болела и кружилась, его тошнило. Последнее он, правда, мог объяснить - судя по ощущениям, они куда-то падали. Сам он был крепко привязан к креслу.
Он бешено забился, охваченный диким, животным ужасом, и не сразу осознал, что его руки и ноги свободны - ремни не давали ему вылететь в воздух, но не больше.
Лэйми, наконец, догадался открыть глаза. Он падал в шахту с серебристыми, светящимися стенами - шахту без дна. Выступы скал казались сотканными из тончайшей паутины, между ними лежала темнота.
Какое-то время Лэйми пытался понять, не сон ли это из тех, что грезились ему в Хониаре, потом увидел, что смотрит на окантованный сталью экран. Его бледные отблески блуждали по тесной, набитой приборами кабине. Кресел тут нашлось два, в соседнем сидел Охэйо - глаза закрыты, голова свесилась набок. Он всё ещё был без сознания.
Лэйми протянул руку и потряс его. Аннит издал слабый стон, но не очнулся. Лэйми потряс его ещё раз, сильнее... и тут же увидел дно пропасти - шахта становилась цилиндрической и скала сменялась ровным металлом. Дно её было как бы затянуто пленкой - она мерцала и рябила, словно забитый помехами экран. Во снах Лэйми всегда просыпался на этом месте, но теперь...
Он пожалел, что это не сон. Зыбкая муть бросилась на него. Что было потом, он не запомнил.
12.