Самые страшные чтения. Пятый том: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Слава богу, отопление отключили! – проворчала баба Женя. – Душегубка, а не батареи. Слышь, Валь, у нас опять покойник.

Валентина Андреевна, щупленькая и язвительная старушка, вздрогнула.

– Это ты про кого? Про наркомана, что в подвале?

– Да нет! Про Галькиного мужа. Говорят, нашли в сарае. Зарубленного.

– Господи, Евгения Николаевна… Да я Толю вчера видела. С ведрами шел – поросенка собрался резать. Галя тушенки хотела наварить.

– Вот видишь, – прошептала баба Женя, – может, не поросенка, а его самого…

Обе замолкли, когда по тропке из сарая шла Галя, неся корзинку с яйцами. На лице – спокойствие, даже усталое довольство.

У Галины руки огрубевшие – от работы на ферме. То корова боднет, то скотники запьют, и тогда самой приходится загон чистить да тачку с навозом вывозить. Все руки ободрала, ноги отекшие, больные от ходьбы в резиновых сапогах.

Толя всю жизнь сантехником в ЖАКТе – по колено в говне да в канализации. Беспробудно пил всю молодость. Галя лупила его всем, что под руку попадется. Однажды шарахнула сковородкой по голове. Сама испугалась, когда он глаза выпучил, зашатался и упал на пол кухни. Только успел гаркнуть пьяным голосом:

– Сука!

– Падла, да тебя убить мало! Алкаш проклятый!

А сама испугалась до смерти. Тут же наклонилась к распластавшемуся на кухне мужу, запричитала:

– Толенька, миленький, ты не помер хоть?

А он открыл один глаз и метнул кукиш, как молнию.

– Не дождешься, стерва!

После этого даже пить бросил.

Галя растерянно оглядывала хозяйство. Утром Анатолий не пришел с вечернего кормления свиней. Он иногда оставался на ночь в маленьком дощатом домике – там можно было прилечь на старый диван, вскипятить чайник на одноконфорочной плите и отдохнуть от вечно ворчащей Галины.

Накануне, как всегда, из дома взял ведро с приготовленным кормом, сверху вылил скисший суп, кинул корочки хлеба, устало присел на стул. Закурил сигарету, хрипло закашлялся, сказал жене, пробиваясь через гортанный клекот:

– Надо бросать курить. Не поверишь, Галь, ведро несу – и задыхаюсь. Слабость чувствую. Может, что с легкими у меня? Грохнусь где-нибудь по дороге. Когда пил – ниче у меня не болело, не кашлял. А тут херня какая-то.

– Вот именно, бросай курить. Меня закоптил. Иди уже. Покорми последний раз Федю – завтра зарежем его. А Рому оставим до осени, пусть жир нагуляет.

В сарае Толи не было. Он и свиней не кормил. Полное ведро стояло в закутке. Федя с Ромой лежали рядом с корытом, сверкая толстыми боками. Галя схватила ведро, плюхнула корм в корыто. Поросята лениво чавкали, никак не проявляя интереса к запоздалому ужину.

Галю охватила тревога. «Что это они не едят? Не заболели ли?»

И тут в глаза бросилось странное: из корыта, наполненного кормом, торчал одинокий Толин башмак.

Галя рванулась, засунула руки в теплое месиво поросячьего ужина. Под ладонями заскользило что-то горячее, липкое. В нос проник странный запах – сладковатый, мясной.

Галя застыла. Пальцы нащупали… Медленно подняла ладони: в них – почерневшие от курева зубы и часы, что она подарила мужу на юбилей. Прислонила к уху – тикают.

– Толенька… – выдохнула она, отшатнувшись.

Федя и Рома довольно похрюкивали. Один из них облизывал окровавленное рыло.

Галя подорвалась, схватила топор, что лежал на ящике, и рубанула Федю по наглой окровавленной морде.

Кровь хлестала по стенам сарая, как вода из брандспойта.

– Галька молодец, – говорила баба Женя. – Тушенки наделала – до хера. Меня вот угостила.