— Ты что, собрался заняться демонологией? — отвлек меня Люфик от разговора с Дорианом. — Не советую. Вредное увлечение. То одно, то другое…
— Ничем заниматься я не собрался, — ответил я Люфицеру. — У меня на это колечко другие планы.
— Само собой… — хитро пропищал демон, как будто мне не поверил. — Мое дело просто предупредить, а там смотри сам. Кстати, если в этом смысле понадобится моя помощь, то всегда дам дружеский совет, хозяин. Можешь на меня рассчитывать, гнутый-нутый…
— Угу, буду иметь в виду, — ответил я. — Так вот насчет книги…
— Да, я все понял, хозяин. Дело срочное и все такое. Сделаю, если смогу, — пообещал он. — Тем более, что я от этой бабенки сам не в восторге. Мне будет приятно, если ты ее прижучишь.
— Постараюсь, — усмехнулся я. — Тогда будем считать, что договорились. Завтра жди меня с книгой и халвой.
— Нет, халву не надо, — сказал Люфицер.
— Почему это? — удивился я. — Ты же только что умолотил несколько порций!
— Вот именно поэтому и не надо, — ответил он. — Я так понял, в твоем мире много всяких вкусных штук, так что я бы предпочел разнообразие. Или бон-бон.
— Бон-бонов в моем мире нет, — сказал я и подумал о том, что, может быть, и правда притащить ему на пробу пару жуков? Вдруг они понравятся еще больше, чем его бон-боны?
— Ну нет так нет… Тогда ты не будешь против, если я немного вздремну? — спросил демоненок. — Я так понял, в общих чертах мы с тобой уже все обсудили…
— До завтра, — попрощался я с ним. — Не забудь…
Однако из Шкатулки Люфицера уже доносился громкий храп, которым он явно намекал мне на то, что разговор окончен. Нет, все-таки обязательно окуну его в озеро при случае, чтобы знал. Наглая демонская морда!
Оказавшись в своей комнате, я решил первым делом принять горячий душ, чтобы немного прийти в себя от новостей, которые только что внезапно на меня свалились. Для начала, меня, конечно, удивил демоненок, который оказался более могущественным существом, чем я о нем думал. После его откровений о знакомстве с Фреей, я не знал чего от него ожидать. Выходит, что он видит все происходящее в Берлоге?
— Я думаю, не видит, а скорее каким-то образом чувствует, — сказал на это Дориан. — Он демон, Макс. Поверь, эти существа способны на многое.
— Допустим, — согласился я, не став спорить с очевидным фактом. — Но как понять, на что именно он способен? Когда Люфик мне отказывает, как узнать, демон и правда не может этого сделать или просто не хочет?
— Никак, — без раздумий ответил Мор. — Я тебе всегда говорил, что демоны хитрые твари. С ними всегда нужно держать ухо востро. Единственное, что хоть немного успокаивает меня в твоем Люфицере, это то, что он твоя собственность. В некотором смысле, разумеется. Как бы там ни было, а демоны очень привязываются к своим хозяевам, поэтому угрозы от него я бы не ждал. Но вот природную вредность никуда не деть, это их сущность…
Какое-то время я раздумывал над словами Мора, а потом решил, что просто забиваю себе голову ненужными мыслями. Никакого практического смысла эти размышления мне не принесут. Мой друг прав — демоны странные, опасные и непостижимые создания, которые всегда себе на уме. Ну и в том, что от Люфика не стоит ждать угрозы, я был с Дорианом тоже согласен.
Все-таки он мой подарок, а пока еще ни один дар от демонов хаоса мне не навредил и все приносили пользу. Будем считать, что и Люфицер не станет исключением. Но вот вопросов я ему теперь буду задавать гораздо больше, кто знает, чем он меня еще сможет удивить?
Закончив с водными процедурами, я забрался под одеяло, устроился поудобнее и открыл тетрадь, которую только что сделал для меня демоненок. Наконец-то я смогу узнать, что все это время прятал от меня дневник Грача-невидимки! Особенно интересно в какой связи там упоминается Сарацин.
Для начала я сверил записи Островской и первые несколько страниц тетради, которую подготовил для меня Люфицер. Очень быстро выяснилось, что демоненок, как всегда в таких случаях был на высоте и с полуслова понимал, что от него требуется. Он не только перенес в тетрадь то, что подготовила для меня Виктория Артемовна, но и систематизировал все по датам. Отличная работа!
Первая половина тетради несла в себе немного информации. По большей части описания артефактов без каких-либо пометок и дополнительных сведений. У меня сложилось впечатление, что я листаю обычный справочник артефактов Российской Империи, из которого выписано все самое интересное.
Однако, примерно с середины, читать стало интереснее, хотя информация была менее понятной. Для начала несколько раз проскочило слово «Хранители», то самое название тайной организации, занимавшейся добычей редких артефактов, о которой мне говорила Лазарева. Правда она была до конца не уверена в существовании «Хранителей» и отчасти считала красивой легендой, но теперь было понятно, что это правда.
Так… Снова описания артефактов, но теперь уже более краткие и с непонятными заметками типа: «Есть», «Двенадцать», «Почти смогли», «Две смерти»… и всякое такое прочее в том же духе. Что означали эти записи, я пока не понимал, но с большим интересом читал дальше.
Чем дальше я углублялся в чтение, тем все более загадочными и разнообразными становились записи. Теперь уже кроме описания артефактов и пометок напротив них, мне стали попадаться некоторые заклинания в виде сложных магических формул. Правда встречались они очень редко.
Еще в текстах было несколько кличек и зашифрованных именных инициалов. Гюрза… Р. И…. Кот… Сова… С. П… Кто все эти люди? Самое интересное, что все прозвища были связаны с животным миром, как и самое главное среди них — Грач-невидимка, который заносил в дневник обрывки разговоров с обладателями этих прозвищ.
На Сарацина впервые я натолкнулся, когда до конца тетради оставалась примерно четверть. Обрывочная запись разговора с ним Грача-невидимки, которая выглядела так: «…говорил с Сарацином вчера о том, что он называет Гранью. М. К. убежден, что обратный переход возможен при определенных условиях. Я не уверен, но…». Здесь запись обрывалась.
Я отвлекся от дневника и посмотрел на Градовского, который терпеливо ждал, пока я закончу читать. Чтобы призрак мне не мешал, я велел ему помалкивать и не отвлекать меня от важного чтения. Разумеется, пообещал потом все рассказать, иначе добиться молчания от Петра Карловича было невозможно.
М. К. — это наверняка инициалы Матвея Кошкина, так как, по словам Ибрагима, именно у него было прозвище Сарацин. Что значит Грань? Хороший вопрос… Жаль, что Грач-невидимка не дает ответ на этот вопрос.
— Погоди-ка… — задумчиво произнес Дориан. — Помнишь Ибрагим говорил что-то про эликсиры, которые могут возвращать призраков в этот мир? Вроде бы именно этот Кошкин владел секретом их создания. Если так, то…