Речной Князь 5: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Микула поднял на меня глаза и я увидел, как в этих глазах поворачивается кузнецкое соображение.

— Стало быть, — проговорил он, — самое-то страшное давление примет не труба. А болванка эта. Она ж цельная.

— Она и ядро. А полосам достанется малость.

— Ох ты ж… — Микула сел прямо в пыль. — Ох ты ж, Кормчий. Так это ж… это ж выходит…

— Выходит, — сказал я.

Архип за его спиной провёл ладонью по лицу, сверху вниз, будто умылся.

Тут-то до всех остальных и дошло.

— Погоди, — подал голос Ждан от валуна. Хромой сидел, вытянув свою половину ноги, и глядел на чертёж. — Ты, Кормчий, скажи по-простому. Оно как — с человеком-то что будет? Ежели в человека попадёт.

Я подумал, как сказать. И решил не миндальничать — этим людям вранья не надо.

— Ничего не будет, Ждан, — сказал я. — Не будет человека. Ядро в кулак, летит быстрее стрелы. Оно первого разорвёт пополам. Второму, кто за ним стоял, снесёт полтуловища. Третьему ноги. И пойдёт дальше, через весь ряд, пока не выйдет вон из другого борта. Одним ударом — просека. И щит не поможет, и бронь не поможет.

В распадке стало очень тихо. Кто-то из увечных сдавленно выдохнул. Прон разглядывал свою култышку и не поднимал головы. Третьяк со смятой скулой смотрел на меня в упор.

— Просека, — повторил Окунь. Одноглазый потрогал повязку. — В живых людях.

— В живых.

— А они что?

— А они ничего. Стоят и глядят, как их убивают, потому что дотянуться до нас не могут. Мы будем бить с трёхсот шагов, дальше их лучного выстрела.

Щукарь, всё это время молчавший, вдруг перекрестился. Потом, спохватившись, сложил пальцы и тронул оберег под рубахой — на всякий случай, чтобы и тем и другим.

— Боги спаси, — сказал он. — Кормчий, а ты часом не… — Он не договорил.

— Договаривай, дед.

— Да ну тебя. — Щукарь отвернулся. — Скажу — сам испугаюсь.

От ручья послышалось шевеление. Гнус пробрался через кусты, весь в серой пыли, и остановился с ковшом в руке.

— Кормчий, — сказал он не своим голосом. — А эта штука… она тем зельем стрелять будет, которое мы вон там мешаем?

— Тем самым.

Гнус поглядел на свой ковш. Потом на нас. Потом снова на ковш.

— Мужики, — сказал он в кусты. — Бес! Рыжий! Мы, оказывается, не зелье мелем. Мы конец света мелем.

— Мели молча, — донеслось от ручья.

— Да я ж по-хорошему! Я ж думал — горшки кидать. А тут вон оно чего… — Гнус поскрёб затылок. — Кормчий, а можно я потом это… подальше постою, когда стрелять будете? Я, конечно, храбрый, но я храбрый на расстоянии.

— Все подальше постоят, — сказал я. — Кроме тех, кто у неё стоять будет.

И поглядел на увечных.

Хвощ понял. Он всё уже понял, кажется, раньше остальных — сидел на своей подстилке, глядел на чертёж, и лицо у него было спокойное.

— Наше, значит, — сказал он.