Ван Синсин нервно рассмеялся:
– Искал приключений, но облом – пришлось возвращаться.
– Во сколько пришел?
– К полуночи.
– То есть на указанный промежуток алиби нет.
– Выходит, так…
Тань Юн хмыкнул, записал показания и повернулся к Хань Лэй:
– А ты, Хань Лэй? Ты в это время была в баре?
– Нет. Наверное, я была в больнице или возвращалась оттуда домой, – ответила Хань Лэй.
– Зачем тебе понадобилось в больницу? – продолжил допрос Тань Юн.
Хань Лэй украдкой взглянула на Су Сяотун и остальных.
– Вчера во время выступления случился инцидент. Один посетитель получил травму – рассек голову. Настоял на осмотре в больнице. Мы с владельцем заведения сопровождали его. Это заняло около часа. Простите, Синсин, Ся Ци, Сяотун, – я не сказала вам правду.
Трое молча кивнули.
– Во сколько ты вышла из больницы? – спросил Тань Юн.
– Около одиннадцати. Мне нужно было проветриться, поэтому я решила пройтись пешком. Дома была примерно в двадцать три сорок.
– Одна?
– Да.
Тань Юн сделал очередную пометку в блокноте.
– Мы с сестрицей Сяотун ушли из бара в одиннадцать, – добавила Ся Ци, – сразу поймали такси и вернулись. Дома были около половины двенадцатого. После этого я не выходила.
– Я тоже, – сказала Су Сяотун. – Когда вернулась, сын уже спал. Я немного поговорила с Гу Лэем, умылась и легла.
Гу Лэй кивнул в подтверждение ее слов.
– Ся Ци живет одна, тут все ясно. А вы – супруги, так что не можете быть свидетелями друг для друга. – Тань Юн пробежался глазами по записям и нахмурился. – Получается, ни у кого из присутствующих алиби нет.
– У меня есть, – вмешалась Ли Сюэли. – Владелец шашлычной «Мацзи» подтвердит, что я была в это время у него в заведении.
– Во сколько ты пришла в шашлычную? – уточнил Тань Юн.
Ли Сюэли задумалась.
– Я шла пешком… Кажется, около одиннадцати.
– Значит, время твоего пути все еще попадает в промежуток, когда погибла Гун Ямэй.
– Если следовать твоей логике, выходит, каждый из нас может оказаться убийцей? – Ли Сюэли покачала головой и вздохнула. – Лао Тань, я понимаю: ты полицейский и расследование – твоя работа. Ты правильно делаешь, что опрашиваешь нас: у сестрицы Ямэй в Лиши больше не было друзей. Но задавал ли ты себе главный вопрос? Ни у кого из нас нет мотива для убийства.
– Сюэли совершенно права, – подала голос Фань Линь. – Я уже говорила: зачем нам убивать сестрицу Ямэй? Лао Тань, я не пытаюсь учить тебя работать, но ты тратишь время не на то. Лучше бы поискал другие зацепки. Мы все, как и ты, хотим, чтобы убийцу поймали как можно скорее!
Все в комнате единодушно закивали. Тань Юн ничего не ответил, лишь молча убрал блокнот и ручку, затем поднялся: