Медичи. Владыки Флоренции: читать начало книги онлайн

– Я подозреваю, что его отравили, – так, чтобы никто из окружающих не услышал, произнес Лоренцо.

Это внезапное откровение поразило Козимо, словно удар молотом.

– Что? Как ты смеешь утверждать такое? – схватив Лоренцо за ворот, произнес он.

Тот, предвидя подобную реакцию, сжал его руки.

– Не здесь, – произнес он, понизив голос.

Козимо тотчас сообразил. Он вел себя словно незрелый юнец. Отпустил брата.

– Выйдем, – бросил коротко.

3. In cauda venenum[5]

Воздух в саду был еще прохладным.

На календаре – двадцатое февраля, и, хотя уже близилась весна, казалось, что небо не желало расставаться со своим мрачным нарядом, а в порывах стылого ветра над палаццо Медичи ощущалось дыхание смерти.

Из фонтана, устроенного в самом центре hortus conclusus[6], били струи студеной воды: они отскакивали серебристым бисером от бортиков, а на поверхности чаши тут и там появлялась ледяная корочка.

– Ты понимаешь, о чем говоришь?

Козимо был в ярости. Он только что потерял отца, а сейчас вынужден выслушивать нелепые инсинуации о заговоре. Хотя чему удивляться? Отец обладал огромным влиянием, да и врагов себе нажил немало; а Флоренция, всем известно, являла собой гремучую смесь: квинтэссенция величия и власти, с одной стороны, и змеиное логово изменников – с другой, где семействам, имеющим значительные капиталы и влияние, не доставляло большой радости наблюдать за стремительным взлетом человека, которому за каких-то двадцать лет удалось создать целую финансовую империю, чьи банки-филиалы открывались не только во Флоренции, но и в Риме, и в Венеции. Раздражало завистников и то, что отец всегда гордился своим простым происхождением и не желал отказываться от корней; к тому же банк Медичи не только не вступал ни в какие альянсы с влиятельными и знатными семействами, но и предпочитал окружать себя людьми обычными, держась в стороне от политики и высоких должностей. Визиты Джованни в палаццо делла Синьория[7] можно было перечесть на пальцах одной руки.

Козимо покачал головой. В глубине души он и сам понимал, что предположения брата не беспочвенны. Однако если все обстояло так, как утверждал Лоренцо, то кто мог совершить подобное злодейство? И самое главное, как случилось, что яд оказался на столе отца? Поискал взглядом светлые, живые глаза брата. Замер на долю секунды, словно позволяя тому прочесть в своих бездонных, черных глазах терзающие его сомнения и призывая говорить.

– Не знаю, верно ли я поступил, поделившись с тобой, – все это по большей части лишь мои догадки, – начал Лоренцо. – И хотя у меня есть только одно доказательство, сомнения не оставляют меня – слишком уж внезапно и стремительно все произошло.

– В этом ты полностью прав. Однако как такое могло случиться? – воскликнул Козимо. – Яд, о котором ты говоришь, в еду мог положить только кто-то из домашних! Отец в последнее время из дому не отлучался, а даже ежели бы и вышел, не стал бы есть или пить вне родных стен.

– Да, я понимаю. Именно по сей причине, повторюсь, все это – лишь мои подозрения. А с другой стороны, врагов у Джованни было предостаточно. И еще: я в самом деле пытался убедить себя, что мои домыслы – сплошное безумие, плод разыгравшегося воображения, однако вот что я нашел.

Лоренцо держал в руках гроздь темных ягод. Крупные, блестящие, они походили на черные жемчужины – соблазнительные и притягательные.

Козимо недоуменно взглянул на брата.

– Красавка, – произнес Лоренцо. – Растение с темными цветками и ядовитыми плодами. Растет в полях, часто рядом с древними развалинами. Однако, как это ни странно, сию гроздь я нашел здесь, в нашем доме.

Открытие потрясло Козимо.

– Ты понимаешь, что означают твои слова? Ведь если это так, получается, человек, вхожий в наш дом, строит козни против семьи Медичи.

– Еще одна причина, дабы держать подозрения при себе.

– Да уж, – согласился Козимо, – возразить нечего, однако сие все равно не помешает нам докопаться до истины, даже если истина окажется невыносимо жестокой. Уповаю на то, что подозрения наши несостоятельны, потому как иначе, клянусь, Лоренцо, я своими руками покараю того, кто повинен в смерти отца.

Козимо вздохнул. Ощутил, как нелепо звучат эти пустые угрозы и к тому же порождают в нем столь острое чувство беспомощности и потерянности, что ему едва удавалось с ним справляться.

– Не думаю, что во Флоренции сложно раздобыть подобного рода яд. Ты так не считаешь? – В словах Козимо звучала обеспокоенность, потому как было горько признать, что в их городе лишить кого-то жизни не составляло труда. А учитывая огромное состояние, наследником которого он являлся, впредь ему следовало вести себя вдвойне осторожно.

– У любого мало-мальски толкового аптекаря имеются в запасе ядовитые травки, и приготовить из них снадобье или отвар – пустяковое дело.

Козимо обвел взглядом внутренний двор. Серый, пустынный – совсем как это зимнее утро. Вьющиеся по стенам растения напоминали мрачную, трепещущую на ветру паутину.

– Хорошо, – произнес после недолгого раздумья, – поступим так. Ты проверишь, справедливы ли наши догадки касаемо отравления. Домашних посвящать не будем. Надлежит истребить всякую тень подозрений, либо облечь их достоверность в форму. Если же и впрямь отец умер не своей смертью, я желаю взглянуть в глаза человеку, лишившему его жизни.

– Непременно, брат, я не успокоюсь, покуда этот аспид с человеческим лицом не получит имя.

[5]  Яд в хвосте (лат.) – неожиданный и неприятный поворот событий.

[6]  Закрытый сад (лат.) – обнесенный изгородью сад, символизирующий чистоту и невинность, образ которого восходит к Песни Песней; основной мотив в средневековой иконографии при изображении Мадонны.

[7]  Дворец, построенный в 1299–1324 гг. по проекту Арнольфо ди Камбио. Первоначально назывался палаццо деи Приори, поскольку в нем заседали приоры. В XV веке переименован в палаццо делла Синьория по названию главного административного органа Флорентийской республики. Сейчас называется палаццо Веккьо и является резиденцией муниципалитета Флоренции.