— Зачем? Ну зачем, глупенькая…
Она вдруг глубоко вдохнула — резко, будто вынырнув из воды. Глаза её открылись, и какое-то время в них ещё плескалось потустороннее багровое пламя, от которого меня пробрало так, что волосы на затылке зашевелились. Впрочем, огонь этот быстро погас, и вскоре у меня на руках осталась моя прежняя невеста — хрупкая изящная девушка, при взгляде на которую никогда не подумаешь, что она, если захочет, может за считанные секунды испепелить целую крепость.
— Я… в порядке, — прошептала она с вымученной улыбкой. — Просто я… Испугалась. За тебя. За всех нас.
Я лишь молча прижал её к груди, покачиваясь, будто убаюкивая ребёнка. Переключившись на Аспект Исцеления, с ужасом разглядел по всему телу Рады очаги внутренних повреждений, которые тут же начал залечивать.
Сколько она находилась под действием Дара? Десять секунд, а то и меньше! А если бы ей не удалось вовремя погасить этот поток? Он бы просто сжёг её изнутри!
Подняв голову, я вдруг встретился взглядом с Дариной.
Мать стояла в нескольких шагах от меня, прямая и напряжённая, как натянутая струна. На лице её застыло странное выражение решимости, тревоги, страха и… какой-то отчаянной гордости.
— Это ты её послала? — зло процедил я.
Впрочем, мог бы и не спрашивать.
— Но она ещё не готова! — заорал я уже в полный голос. — Что, если бы она не справилась⁈
— Не говори глупостей, Богдан, — устало усмехнулась шаманка. — Если бы не справилась — мы были бы уже мертвы.
Глава 5
— Ну что, как она?
Варя и Жак, как два любопытных суриката, дружно вытягивали шеи, пытаясь заглянуть мне за спину. Но я плотно закрыл дверь нашего с Радой купе.
— Ей нужно отдохнуть. Подежурьте здесь, ладно? Вдруг ей что-то понадобится. И никого к ней не пускайте!
Я зыркнул на Дарину, стоявшую у самого выхода.
Стылых мы здорово потрепали и отбросили к реке. На новый штурм они вроде бы не собирались — пока я возился с Радой, я не забывал время от времени поглядывать на поле боя через ближайшее Око. Но всё могло измениться в любую минуту. Эти твари уже доказали, что руководствуются собственной, не вполне понятной людям логикой. Так что я спешил вернуться на стену.
Я бы, конечно, предпочёл остаться с Радой. Но сейчас я объективно был ей не нужен — целебной эдрой я её накачал, а дальше уже дело времени.
— Всё будет хорошо, Варя о ней позаботится, — отозвался француз. — А я… Можно я пойду с тобой?
— Не сейчас, Жак. Там ещё может быть опасно.
— Ну и что? Я и так отсиживался всё сражение тут, с женщинами и стариками! Дай мне хотя бы собрать образцы.
— Какие ещё образцы?
— Фрагменты тел Стылых. Для изучения. Мы с профессором Коржинской хотели бы с ними поработать… — он тоже покосился на Дарину. — Те, которые принёс с собой мсье Кречет, зачем-то сожгли. А ведь это такой ценный материал!
— Это опасно! — тут же вмешалась мать. — Тела Стылых — это даже не совсем живые организмы. Скорее конструкты, подпитываемые эдрой. И во многом они управляются извне, с помощью Резонатора. Кто знает, может, они могут сохранять связь с Резонатором даже после смерти?
— Даже порубленные на куски? — скептично отозвался я.
— Мы не знаем, как именно устроена эта связь. Был случай. Одно из племён Беловодья отбилось от нападения орды Стылых. И вождь распорядился расставить вокруг поселения колья с их отрубленными головами. А потом через эти головы хозяин орды наблюдал за посёлком. И выжидал подходящий момент…
— Ну, мы ведь не будем такими глупостями заниматься! — воскликнул Полиньяк. — Наоборот. Как раз выясним, на что именно способны Стылые. Ну вы сами подумайте — многие годы про них слышали только всякие байки. А тут у нас в руках — живые образцы… то есть мёртвые, конечно, но… В общем, это же настоящие сокровища!
Варя, слушая восторженные рассуждения жениха, лишь неодобрительно качала головой. Но Полиньяка, когда его обуревает жажда знаний, сложно угомонить.
— Да как вы не понимаете! Изучив Стылых получше, мы можем найти их слабые места. И это поможет нам победить!
— Их слабые места и так известны, — проворчала Дарина. — Они уязвимы к огню. А без своих Резонаторов быстро тупеют.