— Дядя обещал оказать вам всестороннюю помощь — вы держите своё слово. Встреча с лордом Монтегю его очень обрадовала.
Джейсон сразу понял, что она имеет в виду. Пора определиться с выбором миссис Блэк.
— Кстати, мисс Линь, вы есть в списке, который предоставил господин Чжан, — осторожно произнёс он, словно проверяя почву.
После гибели Мари Джейсон так и не смог ни с кем сблизиться. Его романы были короткими и ни к чему не обязывающими — он сознательно избегал серьёзных отношений. Мари была единственной женщиной, которую он по-настоящему любил. Её смерть из-за интриг Лэнгли оставила в душе глубокое чувство вины, и с тех пор он держался подальше от серьезных отношений.
Девушка посмотрела на него прямо, без тени кокетства. В её тёмных глазах читалась понимание и уверенность сильно мага.
— Мистер Блэк, для меня это большая честь. Но я некромант и тёмный целитель. Вы уверены, что хотите взять меня в жёны?
Джейсон не отвёл взгляда.
— Моя фамилия — Блэк, и репутация у нашего рода соответствующая. Я мастер наёмник, раньше работал агентом-киллером в ЦРУ. Если вы откажетесь, я всё пойму.
За его спиной раздался сдержанный кашель.
— Мистер Блэк, — в бархатном голосе Снейпа прозвучала лёгкая ирония, — я всё понимаю, но делать предложение леди в казематах… Это, мягко говоря, не слишком вежливо.
Джейсон на секунду замер, потом кивнул, признавая правоту замечания.
— Кричер! — громко позвал он. — Мистера Крауча — в гостевую комнату!
Домовик почтительно склонился, и в тот же миг они исчезли.
— Прошу всех пройти в мой кабинет. — Джейсон указал на массивную дверь в конце коридора.
Факелы дрогнули, отбрасывая причудливые тени, когда они направились к выходу. В воздухе ещё чувствовалось напряжение недавнего допроса, но теперь к нему примешивалось что-то новое — ощущение благоприятного исхода.
Глава 17
Альбус Дамблдор сидел за массивным столом из тёмного красного дерева в своём кабинете в директорской башне Хогвартса. Комната была просторной, но настолько загруженой книгами, артефактами и волшебными приборами, что казалась почти камерной. По округлым стенам, покрытым старинными гобеленами с изображениями звёздных карт и рун, висели портреты бывших директоров школы. Все они притворялись спящими, но на самом деле внимательно следили за происходящим — шёпот между рамами то и дело вспыхивал и затихал.
За окном, выходящим на живописные склоны шотландских гор, медленно садилось солнце, окрашивая небо в мягкие оттенки янтаря и пепельно-розового. Последние лучи скользили по пыльным переплётам фолиантов, по мерцающему куполу шара предсказаний в углу и по лицу самого Дамблдора — спокойному, с глубокими морщинами, в которых читалась не столько старость, сколько усталость от власти.
Напротив него в глубоком кожаном кресле тяжело осел Элфиас Дож. Бывший соратник, друг юности, человек, с которым Альбус делил первые мечты о справедливом мире, теперь выглядел совсем старым. За последние десять лет он заметно обрюзг, щёки его отвисли, дыхание стало прерывистым, с тяжёлой хрипотцой. Каждый вдох давался ему с усилием, будто воздух в кабинете стал гуще и плотнее, как сироп.
Дамблдор смотрел на него с лёгкой усмешкой, скрытой в длинной седой бороде.
«Злые языки называют меня старым и дряхлым… В свои сто с хвостиком. Но по сравнению с этим бывшим другом детства я просто юноша. Полон сил, бодр, несмотря на годы».
И ведь, что главное, он не страдал от магических откатов — ни дрожи в руках, ни тумана в голове, ни слабости заклинаний. Его магия оставалась чистой, сильной, как в юности. А слухи? Пусть и ходят сплетни — кто-то шепчет о его жажде власти, о манипуляциях и тайных союзах. Но ни один человек, даже самый злобный критик, не назвал его алчным. Не за золото он боролся. Сребролюбие не входило в его пороки. Его богатство — влияние.
А у любого, кто держит в руках бразды правления, есть свои трудности. И у Дамблдора они были. В настоящий момент вся магическая Британия находилась под его неформальным, но абсолютным контролем. Должность министра магии давно превратилась в церемониальную — настоящие решения принимались здесь, в этом кабинете. Он был не просто директором Хогвартса. Но и председателем Визенгамота — каждый вердикт, каждое постановление исходили от него. И связующим звеном с МКМ.
Пусть даже часть заседаний вёл его доверенный человек — никто не принимал важного решения без его одобрения. Ни назначение, ни закон, ни изменение в структуре министерства. Вся страна жила по его тихому слову.
Вот и сейчас Альбус Дамблдор оказался перед дилеммой. Вчерашний этап турнира оставил после себя двойственное впечатление: с одной стороны, он вызвал у него тихое, скрытое удовлетворение, с другой — глубокую тревогу, едва уловимую, но настойчивую.
Порадовало то, что новый глава рода Блэк оказался именно из тех, кого Дамблдор всегда считал опасно эффективным: человеком, идущим к цели сквозь любые преграды, не оглядываясь на прошлое. Вчера он расчётливо дерзко уничтожил биолабораторию. Где полтора десятилетия назад был синтезирован вирус драконьей оспы. То самое биологическое оружие, которое когда-то, в решающий момент, помогло Дамблдору устранить нескольких влиятельных магов, не желавших признавать его авторитет. Благодаря их внезапной гибели он получил поддержку влиятельных фракций Визенгамота и занял пост председателя. А теперь, спустя полтора десятилетия, мистер Блэк любезно зачистил следы этого преступления, будто его и не было.
Мужчина провёл весь день на турнире, на виду у сотен свидетелей. Ни одного подозрительного действия, фразы или намёка. Всё было сделано безупречно — умно, чисто, без свидетелей.
Для Альбуса это стало поводом для внутреннего одобрения. Блэк уничтожил то, что давно следовало убрать. Оставлять за спиной такие улики и свидетелей — значит держать нож у собственного горла. Они сделали своё дело, и их время прошло. Использовать дважды один и тот же ход — прямая дорога к проигрышу.
Но в то же время стало ясно: теперь Гарри Поттер политически бесполезен. Влияние на него практически утеряно.
Пока ещё мальчик может привлечь внимание бывших служителей Тёмного лорда. Для них он символ, напоминание о поражении и пророчестве, возможности реванша. Вот только если эти джентльмены будут сильно упорствовать в своих заблуждениях, они попросту исчезнут. Так что следов никто не найдёт. В профессионализме бывшего киллера он не сомневался. С таким наставником мальчику бояться нечего.