Блэк поднялся, поправил манжеты рубашки и вышел из столовой размеренным шагом. В коридоре отчётливо прозвучали его шаги по мраморному полу, затем скрип ступеней старинной лестницы, ведущей на второй этаж, и, наконец, глухой хлопок тяжёлой дубовой двери кабинета.
Повисла пауза. Гарри и Гермиона обменялись непонимающими взглядами, продолжая доедать завтрак.
— Энгу. — Сюэ наклонилась к тётушке и тихо спросила по-китайски, чтобы дети не поняли: — Ты ведь не собираешься лишать меня мужа?
В её голосе прозвучала лёгкая тревога: когда тётушка начинала свои интриги, последствия могли быть непредсказуемыми.
Госпожа Линь Жуй негромко рассмеялась, прикрывая рот ладонью в традиционном жесте.
— Не волнуйся, Сяо Сюэ, — успокоила она племянницу, похлопав её по руке. — С твоим мужем всё будет в полном порядке. Обещаю.
После этих слов тётушка Жуй грациозно поднялась из-за стола, расправила складки своего ципао и неторопливо направилась к лестнице, ведущей в кабинет главы рода Блэк. Её шаги были бесшумны, движения плавны, как у хищника, уверенного в своей силе.
Сюэ проводила её задумчивым взглядом, машинально отпивая остывший чай. Она знала тётушку достаточно долго, чтобы понимать: когда Линь Жуй что-то затевает, стоит приготовиться к переменам. Большим переменам.
Китаянка вошла в кабинет главы рода с безупречным достоинством. Дверь бесшумно закрылась за её спиной, и в высоких окнах, затянутых сероватым лондонским светом, на мгновение отразился силуэт стройной фигуры в тёмном шёлке. Кабинет был выдержан в строгих тонах: тёмное дерево панелей, массивный письменный стол, старинный гобелен с гербом рода и камин, в котором едва тлели угли. Воздух пах полированным дубом и лёгким ароматом сандала — от гостьи.
Дама села в предложенное кресло с высокой резной спинкой и, сложив руки на коленях, спокойно посмотрела на Джейсона. В её взгляде не было ни смущения, ни страха — лишь сдержанная решимость.
— Госпожа Линь, о чём вы хотели поговорить со мной? — ровно спросил Блэк, откинувшись в кресле. Его голос прозвучал мягко, а в серых глазах читалось терпеливое ожидание.
— Видите ли, я хочу вам рассказать одну историю… — начала она после короткой паузы. — Вы можете гарантировать, что всё сказанное мной не покинет этих стен?
— Разумеется, — ответил Джейсон, уважительно наклонив голову. — Слово главы рода.
Женщина едва заметно кивнула.
— Речь пойдёт о событиях тысяча девятьсот четырнадцатого года. Тогда на закрытое поместье нашего клана было совершено нападение…
Она рассказывала долго, размеренно и обстоятельно, словно заново проживая каждую деталь. О пламени, охватившем родовые стены. О предательстве, которое позволило врагам пройти через защитные барьеры. О том, как ночью над поместьем гремели выстрелы британских ружей, а воздух был густ от дыма и запаха горелой плоти.
С каждым её словом лицо Блэка становилось всё мрачнее. Внешне он оставался бесстрастным, но в уме начал выстраивать цепочку возможных событий и следствий. Старые конфликты редко проходят бесследно — они лишь прячутся, ожидая удобного момента.
Госпожа Линь спасла тогда из обречённой усадьбы троих детей: самого господина Чжана и его младшую сестру, а также собственного младшего брата — того самого, что впоследствии стал отцом Сюэ и Шуан. Это было бегство через тайные проходы, под грохот выстрелов и крики преследователей. Они выжили лишь чудом и боевым искусством самой Линь Жуй.
Позднее отец Сюэ погиб, когда Чжан начал восстанавливать клан и заново отвоёвывать место под солнцем. В Поднебесной подобные вещи редко решаются миром. Даже в прошлом мире, лишённом магии, нередко воевали все против всех. Что уж говорить об этой реальности с кланами заклинателей, древними союзами и клубками интриг, где честь, кровь и интересы смешались в причудливый узор.
Не нужно было быть прорицателем, чтобы понять: кто-то из врагов клана навёл британцев на усадьбу. И если Чжан, возвращая утраченные позиции, сумел вычистить старые долги на родной земле, то теперь история сделала круг и вернулась к началу. Китайцы пришли в Британию, чтобы забрать своё.
И Джейсон считал, что они в своём праве.
Лаймы веками вели жёсткую колониальную политику и нередко расплачивались за неё. Но, прежде чем принимать решение, следовало уточнить несколько деталей. В его мире — прежнем и нынешнем — выживал тот, кто сначала собирал информацию, а потом принимал решение.
— Госпожа Линь, я понимаю ваше право на месть. Но ликвидация британского диктатора — не самая лучшая идея. Я не стану этим заниматься. И, если представится возможность, постараюсь, скорее всего, договориться.
За окнами весеннее солнце пробивалось сквозь высокие кроны деревьев сквера на площади Гриммо. А в кабинете царил небольшой полумрак, и в нём Линь Жуй выглядела безмятежно спокойной.
— Я об этом и не прошу, — невозмутимо пожала плечами китаянка. — Предоставьте это мне. Удар будет нанесён в подходящее для нас время.
Её голос звучал ровно, без нажима, но в нём ощущалась твёрдость человека, привыкшего доводить начатое до конца.
Блэк невольно задержал на ней взгляд. Миловидная женщина, на вид лет тридцати, не больше. Тёмные волосы собраны в строгий узел, скреплённый нефритовыми заколками, движения экономны и точны. Однако Джейсон слишком хорошо понимал, что внешность в магическом мире сильно обманчива. Если тётушка Жуй и младше Дамблдора, то ненамного. И, судя по всему, кое-кого действительно настигли грехи юности. Он примерно представлял, на что способна эта «престарелая» родственница с её навыками, и от этих мыслей становилось не по себе.
— Кстати, у магов Британии всё совсем плохо с боевыми искусствами, — усмехнулась Линь Жуй, окидывая Джейсона проницательным взглядом. — Думаю, стоит начать обучать вас, своих зятьёв, хотя бы азам.
Мужчину передёрнуло. В прошлой жизни учиться китайским боевым искусствам в тридцать с лишним лет было бы, мягко говоря, поздно. А здесь… здесь существуют эликсиры, зелья, ускоряющие восстановление, укрепляющие тело. Впрочем, она сказала «зятьёв»? Значит, Северус тоже не отвертится. Это уже плюс: будет кому варить нужные составы.
Джейсон повернулся к стене, где за массивной рамой с изображением сурового горного пейзажа скрывался сейф. Полотно отъехало в сторону с тихим щелчком. Он вынул оттуда небольшой кожаный кошель, украшенный серебряным вензелем Блэков.