Вот оно. Первый прокол. Лена Костина – моя подруга. Вчера вечером писала мне из торгового центра. Жаловалась, что муж уехал на рыбалку, а она одна таскает детей по магазинам.
Смотрю на Артура. На сосредоточенное лицо предателя. И во мне закипает такая ненависть, что боюсь пошевелиться.
– Понятно, – с трудом разжимаю зубы. – Жаль, что Лены не было. С ней веселее.
– Да уж, – бросает он, доедая яичницу. – Спасибо, родная, ты меня спасла. Пойду, прилягу на часок-другой. Ног не чувствую.
Артур встаёт, целует меня в щеку холодными губами. Дежурный поцелуй для носительницы рогов. Уходит в спальню. Вскоре из комнаты раздаётся похрапывание. Он спит сном праведника, пока я решаю, как нам жить дальше, разбитая, униженная, с кровоточащей дырой в груди.
Больше не желаю терпеть эту боль. Не могу пассивно сидеть и ждать следующего удара. Не желаю смотреть, как он набирается сил, чтобы снова меня предать.
Возвращаюсь назад с ноутбуком в руках, открываю его. Экран ярко вспыхивает в полумраке кухни. Вбиваю дрожащими пальцами в поиск: «Частный детектив, услуги, Москва».
Выскакивают десятки ссылок. Агентства с громкими названиями, обещания «гарантированного результата», «полной конфиденциальности». Не хочу обращаться в компании с огромным штатом и пафосными названиями. Как будто опускаюсь на его уровень.
Листаю страницу за страницей, и взгляд мой цепляется за скромный, строгий сайт. «Агентство частных расследований Игоря М.» Никаких кричащих баннеров. Просто список услуг: наружное наблюдение, сбор информации, финансовые проверки. И номер телефона.
Записываю номер в блокнот, закрываю ноутбук. Сердце быстро колотится. Сделать звонок детективу – перейти Рубикон. Признать, что мой брак – поле боя. Что Артур – враг, за которым нужно следить. Вспоминаю сытое лицо Юли в его рубашке, и сомнения отпадают.
Выхожу на балкон со смартфоном в руке. Прохладный утренний воздух обжигает лицо. Набираю номер. Длинные гудки бьют по барабанным перепонкам набатом.
– Алло? – Низкий, спокойный, мужской голос, лишённый эмоций, успокаивает.
– Здравствуйте… Мне нужна консультация, – с трудом продавливаю сквозь пересохшее горло. – По поводу… семейных обстоятельств.
– Понимаю. Сегодня в три часа вас устроит? Улица Тверская, дом 10, офис 45.
Записываю адрес на автомате, словно во сне. Договариваюсь. Вешаю трубку. Всё. Отступать некуда. Я это сделала.
В три часа дня стою по указанному адресу. Не слышу звуков вокруг себя, не смотрю на прохожих. Не думала, что признаться перед чужими людьми в охлаждении и измене мужа так стыдно. Вспоминаю наказы мамы для успешной семейной жизни. Один из главных среди них, сразу после «покладистой жены»: «Никогда не выноси сор из избы!»
Поднимаюсь на нужный этаж в небольшой офис. Всё по-деловому, но стильно. Ничего лишнего. Секретарь провожает меня в кабинет.
За рабочим столом мужчина. Лет сорока пяти. Коротко стриженные волосы с проседью. Очки в тонкой металлической оправе. Взгляд внимательный, оценивающий, но без любопытства. На нём простая тёмная водолазка. Выглядит собранным человеком, знающим своё дело.
– Игорь Олегович, – представляется он, жестом предлагая мне сесть в кресло напротив. – Чем могу вам помочь?
Сажусь, сжимаю руки на дрожащих коленях. И начинаю говорить. Голос сначала срывается, но я заставляю себя продолжать. Рассказываю про Артура. Про Юлю. Про его холодность. Про его отмазки. Про «друга на даче». И наконец, про фото. Про ту самую рубашку.
Нахожу перекинутую из «контакта» фотографию и кладу смартфон перед ним. Пальцы дрожат, словно это меня Артур поймал на измене, а не наоборот.
Он смотрит на снимок несколько секунд, переводит взгляд на меня. Его лицо ничего не выражает.
– Понимаю, – пододвигает смартфон ко мне. – Ситуация неприятная. Но одной фотографии, увы, недостаточно для бракоразводного процесса, – говорит, словно читая мои мысли. – Особенно при наличии брачного договора. Суд сочтёт это косвенной уликой. Вам нужны неопровержимые доказательства систематических измен. Ещё лучше – финансовые злоупотребления, если они есть.
– Финансовые? – переспрашиваю я.
– Если он переводит ей крупные суммы, оплачивает её жизнь, – объясняет он спокойно. – Это уже вопрос не только к моральному облику, но и к закону, особенно если деньги общие. Фото и видео с их совместного времяпрепровождения, подтверждённые датами и временем. Финансовые документы. Распечатки звонков. Чеков. Брони отелей. Всё, что связывает их вместе не как коллег, а как любовников.
Выдыхаю. Он делает всё за меня. Говорит чётко, по делу, не блея овечкой, как делала бы это я. Без сочувствия, но и без осуждения. Как врач, ставящий диагноз. И в этом есть какое-то странное утешение.
– Я хочу всё, – мой голос, наконец, обретает твёрдость. – Нужен весь комплекс доказательств. Не только для суда. Я должна знать правду, вынося приговор нашей семейной жизни.
– Хорошо, – кивает он. – Тогда мы начинаем работу. Наружное наблюдение, финансовый анализ, полная проверка. Подпишем договор, там прописано всё по пунктам. Ознакомьтесь с его содержанием.
Он протягивает мне папку с документами. Пробегаю глазами по тексту, не вникая в детали, и ставлю подпись. Рука больше не дрожит.
– Сколько это займёт времени? – спрашиваю, возвращая ему папку.