— Солныш, у нас свадьба вообще-то. Ресторан заказан, фотосессия по плану, гости скоро начнут собираться.
— Ресторан, говоришь? — Я схватила Антона за лацкан пиджака и скомкала его в кулаке. — А к чертям его!
Как он может так спокойно разговаривать? Почему я вообще до сих пор стою рядом с ним?
— А как же гости? — Мягко берет мою руку в свою, свободной разглаживает смятую ткань. Как был щеглом, так им и остался. В любой непонятной ситуации спасай костюм.
— И гостей твоих к чертям поросячьим! — Распаляюсь еще сильнее, выдергиваю руки и сама удивляюсь, откуда во мне всплыли такие странные ругательства.
— Так ты сама же говорила, что к вам куча родни понаехала.
Точно. А вот тут он был прав. Отец собрал родню со всей России. Тетушек-дядюшек, бабушек, племянников и прочий народ, большинство из которых я никогда не видела, а о некоторых узнала только накануне свадьбы.
Срыв торжества отец мне точно не простит. Он так долго занимался сбором, доставкой и размещением гостей, подчеркивая, насколько для него свадьба единственной дочери — важное мероприятие, что я точно не могу его подвести.
— Слушай, накосячил — признаю. Шутка была тупой. Давай все забудем и будем дальше жениться.
Я замерла, пытаясь осознать, что же произошло.
Шутка? То есть это все было всего лишь шуткой?
Так вот что он пытался до меня донести!
— Ты реально считаешь нормальным вот так пошутить со мной в день нашей свадьбы?
— Я же извинился. Солныш, не глупи.
— Это я еще и глуплю?
Как же много нам нужно времени, чтобы довериться человеку, раскрыть перед ним душу, понять, что он твой единственный и неповторимый. И как мало, чтобы это все разрушить. Неудачная фраза, обидный жест, один проступок, и перед вами совсем другой человек. Не любимый, не суженый, не судьба, а посторонний персонаж, которого вы не можете, не желаете видеть ни секунды.
Мама как будто читает мои мысли и понимает, что я хочу сделать. Громко шипит на весь зал:
— Хватит дурить, Катерина! Немедленно повернись к работнику загса и дай ей продолжить свою работу! Ей после вас еще табун поженить надо!
Вот так всегда: важнее чужое мнение, другие люди, а то, что у ее дочери жизнь перевернулась — это можно как-нибудь пережить. Или просто не обращать на это внимание.
Резко разворачиваюсь, подхватываю полы платья и решительно бросаюсь к выходу.
Глава 5. Так вы будете жениться?
Добегаю до двери и вслед слышу:
— Так вы будете жениться или мне следующую пару звать?
Замираю и лихорадочно соображаю, что же дальше делать. В голове кружится хоровод из папиной родни, наших друзей, мелькает Антон с его резким «нет», всплывает мамино лицо с требованием успокоиться и не дурить.
Что ж, успокоиться я могу, а вот насчет «не дурить» — это мы еще посмотрим.
Оборачиваюсь и громко спрашиваю, сколько у нас есть еще времени.
Десять минут тридцать девять секунд.
Вот это точность! Неудивительно, что в этом загсе все работает четко, а невесты с женихами в фойе толпятся по собственной прихоти, а не потому что им нужно выстоять очередь за заветным свидетельством о браке.
— Я на пару минут!
— Держите ее! — Не узнаю, чей это визг, мамин или свекрови. Чтобы успокоить их бдительность, оборачиваюсь, через силу растягиваю на лице улыбку.