— Ой, подумаешь, ребенок! — Ленка была не так категорична по отношению к семьям, как я. — Он на ней женат? Нет. Он с ней собирался ехать в путешествие? Снова нет.
Она появилась в номере к полуночи и растолкала меня, чтобы спросить, как я себя чувствую, в порядке ли, успокоилась или продолжаю страдать.
Нормальная? Если я сплю и во сне спокойно посапываю, логично же, что успокоилась. Но Ленку мои аргументы не удовлетворили.
Она планировала всю ночь танцевать и веселиться, но натерла ногу, «натанцевалась» коктейлями и замучилась отбиваться от потенциальных кавалеров.
— Я же в день знакомства не сплю! — с гордостью заявила она. — А им только это и нужно! У всех срочно в номере обнаруживаются важные дела, что-то обязательно нужно мне показать и прочая ерунда, на которую ведутся одинокие дурочки. Один, представляешь, заливал, что у него котенок некормленый, и если мы не пойдем прямо сейчас, то он своим жалобным мяуканьем разбудит весь отель. Котенок в Турции, ага. Интересно, это на кого вообще рассчитано?
На мое робкое замечание о ведущем с нашей свадьбы, с которым она, однако, ходила «кормить котенка», Ленка отмахнулась. Мол, это другое, и я со своим единственным Антоном не понимаю.
Я не только понимала, но и понимать не хотела. Хотела только одного — спать. И чтобы завтра меня никто не искал.
Но Ленка врубила свет, достала из холодильника холодную бутылку, купленную в дьюти-фри, и полезла в мою душу ворошить самые темные уголки.
Я не любила подобные разговоры. Она вытягивала такие подробности, про которые я пыталась забыть в первую очередь. Но удивительное дело — после подобных откровенных разборов мне всегда становилось легче.
Вот и сейчас психолог, сидевший в Ленке, вылез из спячки, взбодрился бокальчиком игристого, нацепил виртуальные очки и принялся разглагольствовать о ценности любви.
— Да как я его могу любить? — возразила я. — Я ж его знала всего лишь сутки.
— А это не важно, — парировала Ленка-психологиня. На удивление, ее вторая личность с каждым бокальчиком становилась все более проницательной. — Ты пойми, он ее УЖЕ бросил. Он с ней быть не хочет. И ребенок вам совершенно не помешает. Если он, конечно, есть.
— В смысле, если он есть? — После этих слов я окончательно проснулась. Садовая ты голова, сказала бы мама, очевидное-вероятное упустила.
— Катюш, ну ты как дите малое. Брошенная баба — она какая? Обиженная. — Когда Ленка входила в образ мудрой проницательной дамы, отвечать ей было не обязательно. — А обиженная баба чего хочет? Отомстить. И тут варианта два. Она либо залетела от левого чувака. Либо не беременна вообще.
— В смысле, не беременна? А зачем тогда так говорить?
— Ох ты ж, мать… — Ленка протянула мне бокал и жестом показала, что пока я не сделаю глоток, она со мной говорить отказывается. — Давай-давай! Вот так. — Удовлетворенно кивнула и продолжила. — Надеется, что он проникнется будущим отцовством, вернется к ней, а дальше опять два варианта: либо внезапно ребеночка не стало, и тут она в роли бедной и несчастной, либо она сразу же беременеет по настоящему, и потом в срок рожает «семимесячного».
— А если она все же уже сейчас беременна от Кирилла?
— Это маловероятно. Когда они там расстались? Месяц назад? Она что, за месяц ни разу не поняла, что у нее в пузе кто-то шевелится? Да не может такого быть.
Доводы не убедительные, но… допустим, есть ведь еще задержка. Она бы точно случилась за этот месяц. Чего эта Вероника так долго ждала?
— И потом, бабень явно продуманка, — с каждым бокалом речь подруги становилась все более далекой от литературной и в целом принятой в обществе. — Кирилл что говорил? Что бросил ее после отпуска. Так? Так. Значит, у них, получается, последний раз было еще до его отъезда. А это опять же время.
— Лен, зачем он меня вообще ищет? — этот вопрос не давал мне покоя. — Чтобы что? Крестной к ребенку своему позвать?
— Понравилась ты ему! Может, вообще влюбился. Зачем же еще? И я тебе вот что скажу — пока у тебя на руках не будет ДНК-теста, который ты сделаешь лично, ничему не верь.
Я не стала даже представлять, как я сдергиваю волосину с головы этой несчастной Вероники, и потом пытаюсь проделать то же самое с младенцем.
А я ее считала несчастной. Точнее, воспринимала как подругу по несчастью. Нас ведь обеих бросили женихи.
— Прекрати ее жалеть! — отругала меня Ленка. — Может, он за дело ее бросил? Мы же не знаем всех подробностей. И тебя, кстати, никто не бросал. Антон хотел жениться. Просто шутка эта дурацкая…
Она поняла, что перегнула с темой и поспешила ее сменить. Но я не могла сосредоточиться на рассказах подруги о похождениях по турецким пляжам и продолжала думать о Кирилле.
Глава 35. Страница под названием «Кирилл»
Я окончательно решила закрыть страницу под названием «Кирилл». Ну, действительно, сколько я его знаю?
Да, он мне понравился. Да, его взгляд зацепился за мою память и никак не хочет оттуда улетать. Да, мне были очень приятны его объятия и, что уж скрывать, поцелуи. Он заботливый, обходительный, сильный и уверенный в себе. С таким спокойно и не страшно. Да, я хотела бы продолжить с ним общаться и с удовольствием стала бы его девушкой. Возможно.
В любых других обстоятельствах.