— Приводите. Если ваш заместитель так же хорошо работает с документами, как вы со ставнями, — мы за день переберём все бабушкины записи.
Рас чуть улыбнулся:
— Тогда до завтра, Лирена.
Я отперла дверь и шагнула внутрь — и замерла на пороге.
В лавке горели свечи, хотя я точно помнила, что не зажигала их перед уходом. А на стуле для клиентов, вальяжно закинув ногу на ногу, сидела Ричи. В руках она держала газету, и вид у неё был такой, будто она ждала меня по меньшей мере час и за это время успела мысленно выиграть все споры, которые мы когда-либо вели.
— Ну наконец-то! — воскликнула она, подскакивая. — Я уж думала, ты решила заночевать в этом своём мёртвом доме. Или того хуже — в гостях у кое-кого! — она выразительно покосилась на дверь, за которой только что скрылся Рас, и многозначительно поиграла бровями.
— Ричи, ты как сюда попала? — я сняла сумку и повесила на крючок. — У меня вообще-то замок.
— У тебя запасной ключ под ковриком. Об этом знает вся Рыночная улица, включая бродячих котов. Я пришла тебя дожидаться с новостями и, надо сказать, не зря!
Она взмахнула газетой, как флагом. Я успела заметить, что это «Столичный вестник» — издание, которое обычно читают те, кто хочет знать, кто на ком женился, кто кому проиграл состояние в карты и какой маг устроил фейерверк над Верхним городом на прошлой неделе.
— Ричи, я устала, у меня в сумке дневник мёртвой женщины и записка вероятного убийцы. Если ты хочешь обсудить светские сплетни…
— О, я хочу обсудить не просто светские сплетни! — она торжествующе развернула газету и ткнула пальцем в разворот. — Я хочу обсудить, почему твой «просто дознаватель» красуется в списке «Самых завидных женихов столицы»!
Я замерла, не донеся чайник до плиты.
— Что?
— Читай! — Ричи сунула газету мне под нос.
Я опустила взгляд. Разворот и правда был посвящён ежегодному рейтингу — с портретами, гербами и краткими биографиями. На третьей позиции, между каким-то лордом-судовладельцем и племянником королевского казначея, красовался он. Портрет был сделан явно пару лет назад — Рас был моложе, без тени усталости под глазами, но с тем же твёрдым взглядом, который я уже успела выучить.
Под портретом — подпись:
«Расэль Арден, глава рода Арденов, главный дознаватель Магического порядка Его Величества. Наследник фамильного поместья Арден-холл, кавалер ордена Серебряного Пера за раскрытие заговора Трёх Башен, обладатель почётного жезла за двадцать раскрытых дел особой важности. Холост. В беседе с нашим корреспондентом заявил, что не ищет невесту, однако мы знаем: самый опасный холостяк столицы — это всего лишь вопрос времени».
Я перечитала дважды. Глава рода Арденов. Кавалер ордена. Двадцать раскрытых дел особой важности. «Самый опасный холостяк столицы».
— «Просто Рас», значит, — прокомментировала Ричи с видом победительницы. — «Без званий и титулов». Ну-ну.
— Он не врал, — сказала я, всё ещё глядя в газету. — Просто не всё рассказал.
— Конечно, не всё! Зачем мужчине рассказывать, что он глава рода и кавалер ордена, если можно скромно чинить ставни и говорить «мне хотелось помочь»? — Ричи расхохоталась. — Лирена, да он тебя охмуряет! Причём делает это так элегантно, что я даже не могу злиться. Я могу только восхищаться!
Я опустила газету и уставилась в стену. Расэль Арден. Глава рода. Кавалер ордена Серебряного Пера. И он чинил мне ставень.
— Знаешь, — медленно проговорила я, — я думала, что хуже уже быть не может. Что я и так влезла в опасное расследование. А теперь оказывается, что меня ещё и сфотографируют для «Столичного вестника», если кто-то увидит нас вместе.
— О, не переживай! — Ричи отмахнулась. — Ты в их рейтинг не попадёшь, ты же не аристократка. Но вот то, что он не афиширует своё имя, — это тебе на руку. Меньше конкуренток.
— Ричи!
— Что? Я серьёзно. Он скрывал имя не потому, что не доверяет тебе, а потому что не хочет, чтобы ты смотрела на него как на «главу рода Арденов». Он хочет, чтобы ты смотрела на него как на просто Раса. Который чинит ставни. И это, знаешь ли, очень мило.
Я вздохнула и наконец поставила чайник.
— Спасибо за новости. Теперь я знаю, что в моём расследовании участвует самый завидный жених столицы. Буду иметь в виду.
— Вот и правильно! — Ричи поднялась, явно довольная произведённым эффектом. — А газетку я тебе оставлю. Вдруг захочешь вырезать портрет и повесить над кассой.
— Ричи, клянусь, если ты ещё раз…