Неспокойные артефакты Эм/ Как я влюбилась в дознавателя: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Он склонился над столом рядом со мной.

— Тот же узор, что на браслете леди Тиль, — сказал он тихо. — Только грязнее. Как черновик.

— Это не Инара рисовала, — я сравнила листок с дневниковой страницей. — Видите? Здесь — её рука, плавная, женственная. А здесь — чёткие, злые штрихи. Кто-то сидел за её столом, рисовал на вырванном листе и спрятал его в её дневник. Может быть, при ней. Может быть, она сама дала ему дневник посмотреть, не зная, что он прячет внутри.

— Тот, кому она доверяла, — медленно проговорил Рас. — «Твой друг».

Мы переглянулись, и в его глазах я увидела то же, что чувствовала сама: холодок от того, насколько близко этот человек подобрался к своим жертвам. Он не просто дарил им артефакты. Он сидел у них дома, пил с ними чай, листал их дневники. И при этом методично убивал.

Я аккуратно сложила листок и убрала обратно в дневник, а дневник — в сумку.

— Это нужно сохранить. И проверить на магические отпечатки. Если он держал карандаш голыми руками, мог остаться след.

Остаток часа мы провели, методично обшаривая остальные комнаты, но ничего важнее дневника не нашли. Только в гостиной, засунутый между диванными подушками, обнаружился сложенный листок бумаги. Не письмо — короткая записка, написанная аккуратным, почти детским почерком.

«Дорогая Инара, я знаю, что тебе сейчас непросто. Пусть это маленькое украшение напоминает тебе: ты сильнее, чем думаешь. Носи его, и жизнь обязательно наладится. Твой друг.»

Подписи не было. Но почерк — резкий, угловатый, с сильным нажимом — был тем же, что и на выпавшем листке.

— Вот мы и познакомились поближе, — сказал Рас мрачно. — «Твой друг». Без имени, но с очень узнаваемым почерком.

— И доступом в дом, — добавила я. — Инара впускала его сама. Оставляла с дневником в кабинете. Он был своим.

Мы вышли из дома, когда солнце уже клонилось к закату. Жасминовый куст отбрасывал длинную тень, пахло пылью и увяданием — но теперь этот запах оставался за спиной, а впереди, на Рыночной улице, меня ждали живые люди и живые заботы.

— Что дальше? — спросила я, когда Рас запирал калитку.

— Дальше — архивы вашей бабушки, как и договаривались, — он убрал ключ во внутренний карман. — Но сначала я отведу вас домой. Вы устали.

— Я в порядке.

— Я вижу. Но всё равно отведу.

И я не стала спорить. Потому что после мёртвого дома, после сладкого запаха и чужого почерка в дневнике хотелось, чтобы рядом кто-то был. Хотя бы до порога лавки.

Мы шли через Верхний город молча, и только когда впереди показались торговые ряды, я задала вопрос, который вертелся на языке с самого начала:

— Рас, почему вы этим занимаетесь? Не официальным расследованием, а вот этим — частным, опасным, без поддержки начальства. Вы главный дознаватель. Вы рискуете всем.

Он помолчал. Потом ответил, глядя куда-то вперёд, на зажигающиеся фонари Рыночной:

— Потому что я однажды уже закрыл глаза. Давно, в начале службы. Решил, что дело не стоит внимания. Женщина жаловалась на головные боли, целители сказали — переутомление. Я мог проверить. Не проверил. Она умерла через месяц. Я до сих пор не знаю, был ли это артефакт или просто болезнь. Но я поклялся, что больше никогда не оставлю такое без внимания.

— И поэтому вы пошли против своих же коллег? — спросила я тихо.

— И поэтому я пришёл к вам, — он наконец повернулся ко мне, и в сумерках его лицо было почти мягким. — Потому что вы — единственная, кто чувствует то же, что и я. Ответственность за мёртвых.

Я не нашлась с ответом. Мы как раз подошли к лавке, и я остановилась у двери, перебирая ключи. Рас ждал, не уходя.

— Завтра с утра? — спросила я. — С архивами?

— С утра, — подтвердил он. — Вы не против, если я приду не один? Со мной будет мой друг и заместитель, Кёртис Бринстон. Мы вместе начинали службу, он отлично разбирает старые документы. И умеет молчать, когда это нужно.

— Кёртис Бринстон? — переспросила я. — Вы о нём не рассказывали.

— Не было повода. Но для архивной работы он подходит лучше меня.

Я кивнула: