— Это что за дерьмо? Твоя крыса залезла в мой кошель!
— Фукис — не крыса. Он оценщик, — Барут присел на корточки и собрал рассыпанные монеты. — И он прав. В вашем кошеле денег хватит разве что на волка второй ступени.
Торговец призвал одного из младших зверей из своей коллекции — молодого огненного волка. Зверь был здоров, но, конечно, послабее лучшего товара.
— Вот этот вам подойдёт, — сказал Барут. — При правильном уходе он дорастёт до третьей ступени. Забирайте. Ну а если нет денег и на него, то настолько слабых питомцев я не продаю.
Наёмник стиснул зубы. Его гордость была задето в самое больное место.
— Сколько?
— Пять золотых.
— Отлично, — прошипел он. — Беру твоего волка за полную цену. Скоро вернусь, жди здесь.
Барут лишь пожал плечами, глядя на отдаляющуюся фигуру.
Солнце почти коснулось горизонта, когда к нему наконец подошёл настоящий покупатель. Высокий мужчина лет сорока в простом, но качественном плаще. Шрамы на руках, уверенная походка. Взгляд цепкий, спокойный — взгляд человека, который знает цену и своей жизни, и чужой.
— Ты Барут? — спросил он без предисловий. — Прошу прощения, меня задержали. Огненные волки третьей ступени готовы?
— Готовы, — торговец кивнул и призвал обеих зверей, которых до этого прибрал в ядро. Подальше от любопытных «покупателей».
Волки материализовались в знакомых вспышках света. Пепел Саламандры сделал своё дело — их шерсть пылала золотом, глаза блестели здоровьем и силой.
Покупатель молча обошёл зверей, оценивая их. Проверил зубы, пощупал мускулатуру на лапах, заглянул в глаза. Волки позволяли ему это — чувствовали волю текущего хозяина.
— Хорошие звери, — констатировал мужчина. — Здоровые, правильно откормленные. Видно, что за ними следили.
— Я всегда слежу за своими подопечными, — ответил Барут.
— Цена?
— Шестьдесят золотых за обоих.
Мужчина кивнул, не торгуясь. Достал увесистый кошель. Звон золота был сладкой музыкой для торговца, но сердце почему-то сжалось.
— Они пойдут с нами в Ледяные пустоши, — сказал покупатель, укладывая кошель на руку Баруту. — Там много работы в охране. За ними будут хорошо смотреть.
— Знаю, — торговец припрятал кошель. — Вас рекомендовали.
Наступил момент передачи. Самый тяжёлый момент в работе Барута, но не любого торговца зверями.
Покупатель протянул руки и положил ладони на головы волков. Барут сделал то же самое. Звери почувствовали смену обстановки и тихо заскулили.
Старший волк повернул голову и посмотрел на Барута. В этих янтарных глазах читалась преданность. Память о том, как торговец кормил его с рук, лечил царапины и всегда хорошо обращался.
Барут стиснул зубы. Сердце кольнула привычная боль профессионального предателя. Но сделка есть сделка.
Он сосредоточился на ментальных нитях, связывающих его с волками. Тонкие струны привязанности. Аккуратно, осторожно, он начал ослаблять их. Связь текла от него к покупателю, как вода из одного сосуда в другой.
Волки дёрнулись, почувствовав перемену. Их взгляды метнулись от Барута к новому хозяину и обратно. В глазах мелькнуло недоумение и почти детская обида.
— Всё хорошо, — прошептал парень, гладя их по головам последний раз. — Идите. Ваш новый хозяин — хороший человек.
Ментальные нити окончательно перетекли к покупателю. Волки повернулись к нему, принюхались и вильнули хвостами. В их позах читалось принятие новой реальности.
Барут резко отвернулся, чтобы не видеть, как его бывших питомцев уводят прочь.