В памяти всплывали обрывки книг, которые читал в прошлой жизни. Мифы, легенды, истории о великих воительницах… И вдруг я вспомнил одну из них.
Покровительница героев и защитница городов. Та, что никогда не отступала, но сражалась не из слепой ярости, а с холодным расчётом и стратегическим умом. Дева-воительница, которая могла быть беспощадной к врагам, но проявляла глубокую преданность тем, кого считала достойными. Гордая, независимая, рождённая из головы верховного бога уже взрослой и в полном вооружении.
Именно такой была моя спутница.
Мы дошли до границы опасной зоны. Здесь всё менялось — воздух становился плотнее, деревья выше и мрачнее, а тишина… эта тишина была не мирной, а настороженной. Здесь каждый звук мог означать смерть.
Я остановился у самой черты, где мирный лес переходил в царство хищников. Кошка замерла рядом, её глаза внимательно изучали заросли впереди.
— Девочка, — позвал я тихо.
Она повернула ко мне голову и села, уши встали торчком. В её взгляде читалось внимание и готовность.
— Знаешь, всё думал, как тебя назвать. Перебрал кучу вариантов, но ни один не подходил. А сейчас понял почему.
Я присел на корточки и посмотрел ей прямо в глаза.
— Ты не просто кошка. Ты — воительница. И при этом умеешь быть преданной тем, кого считаешь достойными.
Кошка слушала, наклонив голову, словно действительно понимала каждое слово.
— Знаешь, я много раньше читал, любил мифологию. В старых легендах была богиня, очень на тебя похожая. Богиня мудрости и справедливой войны, — я сделал паузу, наблюдая за реакцией.
Кошка замерла. Её зрачки расширились, а затем сузились до щёлочек. Она медленно встала, подошла ко мне и положила огромную лапу мне на колено. В её глазах я увидел не просто принятие — одобрение.
Хищница медленно кивнула, и в этом движении было что-то торжественное, почти ритуальное. Словно принимала не просто имя, а новую сущность.
И я произнёс.
Чётко, но тихо, словно оставляя этот сакральный момент между нами.
— Афина.
— РРРРРРРРРРРАУ!
В тот же миг мир взорвался светом.
Кошка замерла, её глаза вспыхнули ярким золотом, а по полосатой шерсти побежали волны света — не того слабого мерцания, что я видел у магических зверей, а настоящего сияния, как от раскалённого металла. Её тело будто стало прозрачным, и внутри пульсировала чистая энергия.
Я попятился, но хищница не выглядела испуганной или агрессивной. Наоборот — в её глазах читалось умиротворение, принятие. Словно она наконец-то стала тем, кем должна была быть.
Красавчик на моём плече встревожено заверещал, уцепившись коготками ещё крепче.
Свечение усилилось, и я понял, что происходит нечто невероятное. Тело Афины начало… растворяться. Не исчезать — именно растворяться, превращаясь в поток чистой, концентрированной энергии.
— Что за… — начал я, но не успел договорить.
Поток света устремился ко мне. Не атаковал — притягивался, словно к магниту. Хотелось отступить, но стойко остался на месте. Энергия коснулась моей груди, и я почувствовал, как она проникает внутрь, прямо к солнечному сплетению, к тому месту, где билось моё потоковое ядро.
Боли не было. Только невероятное тепло и ощущение… единства. Словно часть меня, которой не хватало всю жизнь, наконец встала на место.
Свечение погасло. Афины рядом не было.
Но она была во мне.
Вот, что ты хотела сказать после своей эволюции…
Я чувствовал её присутствие рядом с ядром. Не как чужеродное тело, а как продолжение самого себя. Её сознание, её силу — всё это стало частью меня. И при этом она оставалась собой, со своим характером и волей.