Режиссёр передал Тигру мыслеобраз — подтверждение.
— Вы заслужили наше доверие. Мы расскажем вам всё. С самого начала.
Тигр опустился на камень.
— За Расколом нет мира в вашем понимании. Нет городов и дорог. Там — Первобытная Чаща. Бесконечная экосистема чистой стихийной энергии. Не лес из деревьев…
Золото в зрачках ярко вспыхнуло. Воспоминания, от которых даже ему делалось плохо.
— … Из потоков огня. Из рек жидкого ветра. Из гор, сотканных из земляной маны. И населяли Чащу мы — существа, которых вы привыкли называть магическими зверями. Только там мы были не зверями…
Глава 3
Голос Альфы Огня звучал тихо, оттого ещё серьёзнее. На миг показалось, что всё вокруг нас растворилось в его речи о Расколе.
— Масштаб нашего мира не способен вместить ваш разум — вообразите тайгу, простирающуюся до горизонта, а потом увеличьте в тысячу раз и замените каждое дерево столбом живого огня.
Лана рядом со мной перестала дышать. Её пальцы напряглись на рукояти меча — я это чувствовал.
— И населяли Чащу мы, — продолжил Тигр. — Существа, которых вы здесь привыкли называть «магическими зверями». Только там мы были не зверями. Мы были народом.
— Народом, — повторил я.
— Да. Разумным, со своими стаями, территориями и законами. Каждая стихия — отдельная нация, если угодно. Огненные тигры, водяные змеи, земляные медведи, ветряные рыси — все со своим укладом, своими обычаями, своей иерархией. Звериные формы — не ограничение, а выбор. Чаща давала нам облик, соответствующий сути.
— А твоя суть — огонь, — сказала Лана.
Тигр повернул к ней массивную голову.
— Моя суть — хозяин огненной территории. Хозяинов вы называете Альфа. В Чаще у каждого участка была… душа. Живой центр, вокруг которого организовывалась энергия. Территория огня — это бесконечные равнины жидкого пламени. И каждой такой территории нужен хранитель — тот, кто поддерживает баланс и защищает границы. В вашей тайге есть понятие «хозяин леса» — медведь, который контролирует участок, знает каждую тропу. Я был таким хозяином.
— Сколько таких хозяев было? — спросил я.
— Много. Десятки огненных хранителей, десятки водяных, десятки земляных. Альфа — это уровень силы. Мы были центром, вокруг которого вращалась жизнь целого куска Чащи.
Режиссёр шевельнулся рядом. Серебристая рысь подняла голову, и по связи от него пришло ощущение простора в котором ветер не дует, а живёт.
Тигр посмотрел на него и кивнул.
— Расскажи сам.
Режиссёр повернулся ко мне и показал.
Ветряная территория. Бесконечное небо, в котором потоки воздуха сплетаются в дома. Существа ветра живут в этих потоках — являются частью движения. Ветряная рысь — не зверь, а сгусток направленного воздуха, принявший форму хищника. Хранитель территории следит за тем, чтобы потоки не останавливались, чтобы воздух двигался, а небо дышало.
Режиссёр был одним из таких хранителей. Альфа Ветра — единственная среди своей стихии, потому что ветер един. Не делится на участки и не признаёт границ.
Образ оборвался. Режиссёр опустил голову на лапы. Ветер вокруг него дрогнул, усилился на мгновение и стих.
— Чаща была домом. — Голос Тигра стал глуше. — Хищники жрали друг друга, территории воевали за ресурсы, слабых вытесняли на окраины.
Он замолчал. Тишина легла на площадку, и в ней было слышно только далёкий рокот волн и потрескивание камня, нагретого за день.
— А потом среди нас появились Сухие.
— Это ещё кто, — проворчала Лана, интуитивно прижимаясь ближе ко мне.
— Они… — продолжил Тигр. — Они — наши. Рождённые той же Чащей, из той же стихийной энергии. Только другая ветвь. Если мы — существа, которые поддерживают потоки, то Сухие — существа, которые их пожирают.