— На острова. Домой. Посмотрю, что там осталось, — гладиатор подобрал с земли изогнутый меч. — Так себе турнир вышел.
— Думаю, мы тоже отправимся на Юг, — ответил я. — Можем довезти на кораблях, если они уцелели. Хоть так отплатим за помощь.
Нойс чуть склонил голову, затем хмыкнул и сел обратно:
— Корабли? Это быстро. Отказываться не буду.
Барут тяжело поднялся с обломка колонны.
— А я всё. Мне нужна передышка. Битвы не для меня.
Они хотели уйти. Расползались по своим норам, как звери после большого пожара. И я их понимал — каждый хотел вернуться к обычной жизни. Если она у них ещё осталась.
Григор молча покачал головой, когда я посмотрел в его сторону.
— Мне некуда идти. Тайга — мой дом. Я пойду с Максимом.
Стёпа выпрямился, несмотря на больную ногу.
— И я с тобой, Макс. Куда бы ты ни пошёл дальше.
Лана вытерла глаза тыльной стороной ладони.
— Я с тобой навсегда. Ты мой последний родной человек в этом чёртовом мире.
Раннер осторожно подвёл к нам Нику. Девочка держалась за его руку, но шла уверенно.
— Мы тоже остаёмся, — сказал он. — У нас теперь нет выбора. То, что в ней проснулось… Ты теперь должен вытащить это из девушки, Макс. За тобой должок.
— Тебе-то что до этого? — выдохнул я и покачал головой.
Гладиатор лишь улыбнулся и хлопнул меня по плечу:
— Не дрейфь, грёбаное животное. Если ещё раз превратишься в эту тварь, именно я сожгу тебя, чтобы ты не навредил своим.
В этот момент воздух рядом начал нагреваться.
Из-за обломков северной стены вышли двое.
Режиссёр двигался беззвучно, его лапы не оставляли следов на пыльном камне. Рысь всё ещё была больше обычного — в полтора раза крупнее. Серебристая шкура переливалась на рассветном свете, а глаза сохранили тот нечеловеческий разум, который появился после пробуждения.
Мой верный стратег, который больше не был моим. Истинной Альфой невозможно владеть, и от этого в душе скребли кошки.
— Режиссёр, — прошептал я. — Вырос, мой мальчик.
С твоей помощью, Зверолов — прошелестело в голове.
За ним шёл Альфа Огня.
Божественный тигр хромал на левую переднюю лапу, из пробитого бока всё ещё сочилось расплавленное золото. Но раны затягивались, плоть восстанавливалась сама собой.
— Максим, — сказал Альфа Огня голосом, в котором слышалось потрескивание костра. — Пожалуй, тебе нужно знать, что именно хочет сделать Сайрак. Мы с братом расскажем.
Но прежде чем тигр успел продолжить, со стороны главных ворот послышался стук копыт.
К руинам арены приближалась небольшая кавалькада. Впереди на вороном жеребце ехал Аларих. За ним следовали два десятка Мастеров и Звероловов в синих плащах.
— Ого, — тихо сказал Стёпа. — Надо же, дождались. Вернулся.