Сорок третий 9: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Записи нападения призванных уже показали по всем крупным сетям эфирного вещания. Шардальская канцелярия внутренней безопасности передала не только кадры с наблюдательных приборов, но и полную запись переговоров у западных ворот. На ней было видно, как люди после предупреждения меняют форму и бросаются на егерей. Отдельно показывали гибель солдата, которого одно из существ разорвало у стены, а затем работу авиационных пушек.

Церковь попыталась объявить запись подделкой, но это объяснение продержалось меньше суток. Паломники, выведенные из храма, подтвердили нападение, а несколько видных специалистов по эфирной записи публично заявили, что вмешательства в изображение не обнаружено. После этого даже владетели, долго говорившие об особом положении Ларнаса, начали менять заявления.

В газетах уже спорили не о праве Шардала высаживаться на Святом Острове, а теперь обсуждали, сколько призванных существ находится в распоряжении Церкви и где ещё она могла разместить их под видом людей. Правители, не желавшие посылать войска, соглашались предоставить корабли, наблюдателей или базы снабжения. Никому не хотелось оказаться государством, защищавшим Ларнас после того, как призванных им демонов показали всему материку.

Патриарх получил сводку о блокаде вместе с докладом о потере подземного восточного сектора. В пожаре погибли собранные там войска, сгорели несколько призванных, а обрушения уничтожили склады, закрыли проходы к храму Восходящей Радости и восстановить их во время боевых действий уже не представлялось возможным.

Он прочёл доклад в своём кабинете и велел вызвать членов Церковного совета. Аврела он пригласил отдельно.

За последние дни Патриарх почти не покидал главного храмового комплекса. Связь с внешним миром ещё работала, но каждое новое сообщение подтверждало одно и то же. Ларнас терял не только позиции. Он терял право говорить от имени всех богов, потому что теперь любое заявление Церкви сопровождалось видеозаписью существ, созданных Машиной призыва.

Раньше Патриарх считал, что главное испытание начнётся при штурме храмов. Он рассчитывал на подземелья, защитные контуры и знание острова. Шардальцы не стали играть по этим правилам. Они высадились до окончания шторма, закрепились в первом храме, а затем выжгли подземный район вместе с войсками, собранными для их уничтожения.

Патриарх всё чаще возвращался к мысли, возникшей после падения Винтраллы. Возможно, ошибкой оказался не отдельный запуск, не выбор носителя и не недостаточный контроль. Ошибкой могла стать сама попытка призвать бога и подчинить его Церкви.

Бога Машина так и не привела. В тело Аврела вошла сущность, быстро перестроившая его под себя и подчинив остальных призванных. Патриарх понял это почти сразу, но не вмешивался, пока считал новую силу полезной для Ларнаса.

Теперь рассчитывать на неё уже не приходилось. Церковных войск оказалось меньше, чем предполагали в Шардале, а призванные легко гибли от артиллерийского огня и сапёрных мин, так и не показав себя как супероружие. Тем временем, флот противника замкнул блокаду, на восточном плацдарме продолжалась разгрузка бронетехники, и с каждым днём положение острова становилось хуже.

Если сопротивление продолжится, под удар попадут храмы, библиотеки и архивы, которые Церковь собирала столетиями. Машина их не защитит, зато потребует новых людей для очередных запусков.

Члены Совета собрались в малом зале рядом с кабинетом Патриарха. О блокаде знали все, но первым предложить капитуляцию не решался никто. Епископы обсуждали, какие гарнизоны ещё можно перебросить к главному храму и хватит ли оставшихся сил для нового удара по восточному плацдарму.

Аврел вошёл последним. Он остановился у противоположного края стола и не стал занимать место, прежде принадлежавшее сыну Патриарха.

— Восточный участок потерян, — сказал Патриарх, обращаясь к Совету. — Флот Шардала и его союзников блокировал остров. Плацдарм продолжает получать войска, а наши попытки уничтожить его провалились. Я считаю необходимым начать переговоры с Логрисом.

Несколько епископов заговорили одновременно, однако Патриарх поднял руку и заставил их замолчать.

— Переговоры не означают безусловного отказа от Церкви, — продолжил Патриарх. — Мы предложим прекращение сопротивления, выдачу лиц, участвовавших в военных действиях, и допуск наблюдателей в главные храмы. Машину призыва уничтожим сами до прибытия шардальских войск.

Аврел посмотрел на него без заметной реакции.

— Уничтожение Машины не остановит наступление, — сказал Аврел. — Оно лишит Ларнас единственного средства, способного изменить соотношение сил.

— Соотношение уже изменилось, — ответил Патриарх. — Ты отправлял призванных к храму. Сначала двоих, потом пятерых, затем через подземный ход. Все уничтожены. Одновременно мы потеряли людей и склады, которые могли поддерживать обычную оборону.

— Потери допустимы, — сказал Аврел. — Новые оболочки уже готовятся. После следующего цикла мы получим существ другого порядка.

Патриарх несколько секунд смотрел на лицо, принадлежавшее его сыну. В нём уже не осталось ни тревоги за Ларнас, ни отношения к людям, которых Машина превращала в оболочки. Для сущности Церковь являлась не наследием и не служением. Она стала устройством, обеспечивавшим доступ к телам, помещениям и энергии.

— Следующего цикла не будет, — сказал Патриарх. — Совет остановит запуски. Я отдам приказ разобрать питающие контуры и уничтожить центральную камеру.

— Совет больше не способен принимать решения, соответствующие обстановке, — ответил Аврел. — Вы предлагаете сдаться после первой потери территории и добровольно уничтожить оружие.

— Мы потеряли Винтраллу, материковое снабжение и восточную часть подземной системы, — сказал Патриарх. — Остров окружён. Продолжение войны уничтожит всё, что Церковь создавала многие поколения. Лучше потерять Машину, чем Ларнас целиком.

— Ларнас не имеет самостоятельной ценности, — сказал Аврел. — Его храмы, архивы и Совет существуют потому, что обеспечивали работу призыва. Если они больше не способны выполнять эту задачу, их сохранение не требуется.

В зале стало тихо.

Несколько епископов посмотрели на Патриарха. До этого дня они могли убеждать себя, что Предвестник защищает Церковь собственными средствами. Теперь Аврел сказал прямо, что сама Церковь для него ничего не значит.

— Ты находишься здесь по решению Совета и под властью Патриарха, — сказал старший епископ Восем Мерид. — Ни один призванный не имеет права определять судьбу Святого Острова.

Аврел повернулся к нему.

— Ваши права основаны на соглашениях между людьми, — сказал он. — Они не распространяются на меня.