— А свинину мы у частников берём. Заключили договора с местными жителями: мы им комбикорма лишние и ветеринарное обслуживание, а они нам хрюшек выращивают, — пояснил Витаутас Казимирович.
— Лишние комбикорма? — Я со скепсисом приподнял бровь. Знаем мы, как эти лишние корма появляются: тут мыши съели, а там — хлоп — и свиньям еда «за бутылку» приехала. Бесхозяйственность на местах, к сожалению, побороть мне так и не удалось, более того, не совсем было даже понятно, как к этому вопросу даже теоретически подступаться. Людей штрафовали, сажали самых наглых, но вот этот принцип «тащи с работы каждый гвоздь» он пока остался орешком, который мне раскусить не удавалось никак.
— Правильное обращение с сенажом, увеличение доли сои… Много факторов. Например, ранняя выбраковка неперспективных коров — вместо того чтобы кормить месяцы бурёнку, которая очевидно не сможет выйти на плановые показатели по молоку, мы её пускаем на мясо. Вот и высвобождаются корма. Никаких махинаций, товарищ генеральный секретарь, сплошная наука и рациональное использование ресурсов.
Конечно, такое благолепие, которое мне тут в Латвии подремонтировали, имело место сильно не везде. Вон в Средней Азии из-за программы снижения потребления воды и борьбы с опустыниванием пошёл накат на выпасовое скотоводство. Ну просто случаев, когда кадры на местах проявляют дурную инициативу с сугубо отрицательными последствиями для отрасли, случалось немало. Но ведь застраховаться от идиота невозможно, это не вопрос идеологии коммунизма, капитализма или любого другого строя. Если же брать ситуацию отрасли глобально, то прогресс тут был виден невооружённым глазом, и даже отдельные моменты общую картину испортить никак не могли.
Глава 6−1
Советский Голливуд
13 сентября 1991 года; Москва, СССР
АРГУМЕНТЫ И ФАКТЫ: На КАМАЗе — вопиющие факты бесхозяйственности и экологической халатности
Министерство экологии и охраны окружающей среды СССР подвело итоги внезапной инспекции на автогиганте — Камском автомобильном заводе. Результаты проверки повергли ревизоров в шок. Вместо заботы о чистоте — тотальное попустительство со стороны дирекции предприятия.
Как стало известно, территория вокруг заводских цехов превратилась в зону экологического бедствия. Грунт пропитан отработанными маслами и техническими жидкостями. Рабочие, при молчаливом согласии мастеров, сливали опасные отходы едва ли не в придорожные канавы. Уровень вредных выбросов в атмосферу превысил предельно допустимые концентрации (ПДК) в несколько раз. Вопиющим оказалось положение дел с водоотведением и обращением с твердыми отходами — системы очистки не справляются, а токсичные вещества попадают в почву.
Однако самым страшным открытием стало подвальное помещение под одним из цехов. Инспекторы, спустившись вниз, едва могли поверить своим глазам: всё пространство было затоплено отработанным машинным маслом. По оценке специалистов, уровень жидкости достигал «по колено». Создавалось впечатление, что слив производился на протяжении многих месяцев без какого-либо контроля.
Материалы проверки уже переданы в Трудовую инспекцию, Комитет партийного контроля, Прокуратуру и Пожарную охрану города Брежнева.
Представитель городской Пожарной охраны тов. Игнатов заявил: «Подобное обращение с легковоспламеняющимися жидкостями — это не только преступление против природы. Это настоящая диверсия с точки зрения пожарной безопасности. Начнись в этом цеху хоть малейшее возгорание, потушить объект не удалось бы. Мазутное озеро вспыхнет мгновенно. Сгорело бы всё до тла. Ущерб государству исчислялся бы десятками миллионов рублей».
Партия и правительство уделяют первостепенное внимание защите окружающей среды. Чистый воздух, земля и вода — важнейший фактор здоровья трудящихся и будущего наших детей. Народный контроль призывает всех граждан: если вы стали свидетелем загрязнения природы или нарушений на производстве — не молчите. Немедленно сообщайте в соответствующие органы. Помните: беречь природу — значит беречь Родину.
— Стоп! Нет, это совсем не то я хочу видеть! Больше эмоций, вы отыгрываете влюбленных, хватит стоять как замороженные рыбы!
Растрепанный американский режиссер явно был сегодня недоволен работой съемочной группы и не стеснялся в выражениях, чтобы донести до своих подчиненных это самое неудовольствие. Впрочем, надо признать, что тут была далеко не только их вина. Даже скорее их вины не было совсем, в конце концов не каждый день на съемочную площадку приезжает глава государства. Ну а я что? Мне было интересно. И уж точно от того, что один съемочный день немного пойдет наперекосяк, общее производство не пострадает. Ну я во всяком случае на это надеялся.
— Что скажете, Алексей Октябринович? Как вам американский стиль работы?
Балабанов очень обиделся, когда его! Его! Восходящую звезду советского кинематографа назначили фактически помощником для американского коллеги, чьи заслуги перед кинематографическим миром были несравнимо меньше. Честно говоря, я сам о режиссёре Чарльзе Шайере до этого момента даже и не слышал, и память будущего никак помочь тут не могла. Видимо, ничего действительно эпохального этот человек за свою карьеру так и не снял. Впрочем, из меня тот еще знаток кино, так что мое мнение в этом деле совершенно не показательно.
— Очень интенсивно, Михаил Сергеевич, — мы стояли в стороне от основной части съемочной площадки, за границами декораций, которые изображали лужайку возле дома, на которой должно было произойти венчание главных героев. Дом конечно был не настоящий — только фасад, слепленный из картона и каких-то палок, но в том-то и состоит магия кино, что потом на экране выглядеть все это будет достаточно убедительно. — У нас так не работают. У нас бы актеры натурально взбунтовались, если бы их заставляли по 16 часов пахать, а эти терпят.
— У них контрактные обязательства. И очень приличные деньги, — я пожал плечами. — Хотя конечно к хорошему быстро привыкаешь, этого не отнять. Я для того вас и попросил присмотреть за съемками американцев, чтобы так сказать опыт перенять. Глядишь, в будущем и у нас научатся не растягивать шарманку на месяцы, а быстро все делать.
Это была известная советская проблема, которая изрядно усложняла и так проигрышную стартовую позицию советского кинематографа. Длительность съемок. Взять вот этот самый фильм, который прямо сейчас собирался на мощностях «Мосфильма» — «Отец невесты». Достаточно простая и незатейливая в общем-то камерная мелодрама, не предполагавшая каких-то масштабных съемок, согласно плану съемок должна была уложиться в 2–2,5 месяца. Для сравнения похожий по длине и сложности съемок советский фильм «Забытая мелодия для флейты» сделали «всего-то» за 9 месяцев.
Конечно, далеко не все так было плохо, случаи адских съемок и в Голливуде случались, но все же организационно там индустрия находилась на совсем ином уровне. Американцы — студийные продюсеры в первую очередь — умели считать деньги, поэтому перед началом самих съемок шел интенсивный пре-продакшн, подготовка всего и вся, согласование графиков… В Союзе же, к сожалению, случаи, когда съемочная группа готова, а павильон занят или там оборудование не привезли, пленка закончилась, еще что-то произошло, случались до прискорбного часто.
— С другой стороны, им все выделяют по первому запросу, у нас так ни одному режиссеру работать не дали бы. И это мы про прохождение бюрократических кругов ада не говорим…
— Ну положим, с этим в США тоже не так просто. Там сценарии нередко годами переписывают, так что по этому пункту разница не столь большая. — Я обратил внимание на еще одного человека, который двигался в нашу сторону с явной целью присоединиться к обсуждению. — Юрий Юрьевич! Добрый день! Как успехи?
— Работаем понемногу, Михаил Сергеевич, работаем. Могу обрадовать, есть еще одна предварительная договоренность на съемки. Это уже не мой проект, так что можно сказать, полноценно выходим на мировой уровень!
Началось все с фильма «Грязные танцы», в который советскому бизнесмену, называемому на западе «карманом Генсека», что было достаточно далеко от истины в привычном капиталистам понимании, посоветовало вложиться начальство. Фильм вышел максимально успешным и дал старт небольшой независимой продюсерской компании, владельцем которой стал Карнаух. Сами они фильмы не снимали, вместо этого искали по Голливуду перспективные проекты и вкладывали в них деньги в надежде на будущую прибыль. Иногда получалось успешно, иногда — не очень, однако в целом бизнес себя вполне окупал и даже позволял кое-какие излишки инвестировать в другие сферы.
Точкой, которая все поменяла, стал фильм «Красная жара» — который в общем-то совсем не «Красная жара», а «Красный полицейский» на жаргоне, но это не так важно — неожиданно увидевшего свет и в этом мире. Только не в 1988 году, а в 1989-м, на фоне «потепления» отношений между Вашингтоном и Москвой американские киношники поторопились оседлать волну и выпустить «актуалочку».
Часть материала фильма со Шварценеггером была снята на мощностях советской киностудии им. Горького, и видимо на той стороне кому-то пришла в голову — после сравнения «счета по затратам» на всякие накладные расходы между Москвой и Калифорнией — гениальная мысль, что делать кино в Союзе тупо дешевле. Да, кое-какого технического оборудования в Союзе не хватало, но это парадоксальным образом выходило скорее плюсом. Советские киношники были согласны работать за бартер: вы нам привозите оборудование и потом его оставляете, а мы берем на себя остальные расходы. Красота же!
В течение 1990–1991 года в Союзе было снято несколько достаточно больших эпизодов западных фильмов, в том числе знаменитая заключительная сцена «Второго Терминатора» на металлургическом заводе. Оказалось, что привезти съемочную группу из США в Союз тупо проще, чем строить декорации на месте. Тем более там как раз в Лос-Анджелесе черные погромы начались, и как-то так получилось, что несколько банд попытались взять штурмом «студийный квартал», что-то там даже сожгли… Короче говоря, пятнадцатичасовой перелет в СССР выглядел на фоне остальных проблем совсем незначительной и недостойной упоминания мелочью.
И понятное дело, что продюсерская компания Карнауха тут являлась главным первопроходцем, первой решившись привезти сюда все производство фильма от начала и до конца. Мелодрама «Отец невесты» с бюджетом в 20 миллионов долларов в нашей истории окупила себя 6 раз, посмотрим, как перенос съемки в другую страну тут скажется на финансовом успехе картины.
— Ну это мы приветствуем, — я с удовольствием пожал руку нашего заграничного бизнесмена. — Мощности у нас есть, если нужно будет еще построим, глядишь, все на пользу пойдет советской индустрии. Хорошо бы еще начать наших специалистов привлекать более широко. Актеров например. Не на первые роли, понятное дело, но на вторые-третьи — очень даже.