Лиор тем временем уже подошел к стене с письменами и внимательно посмотрел на серебристые линии, которые все еще мягко светились после прикосновения Эллианны.
— Значит, это правда.
Архонт медленно кивнул.
— Архив откликнулся.
Лиор провел ладонью по воздуху, не касаясь камня.
— За последние триста лет он не откликнулся никому.
Он произнес это без пафоса, скорее с искренним любопытством, чем с торжественностью, а потом неожиданно повернулся к Эллианне.
— Поздравляю.
Она растерянно моргнула.
— С чем?
— Теперь вся моя жизнь станет гораздо интереснее.
— Почему именно ваша?
— Потому что, — он развел руками, будто объяснял самую очевидную вещь на свете, — вы единственный человек, который способен разговаривать со стенами, а я слишком любопытен, чтобы не посмотреть, чем это закончится.
Эллианна тихо засмеялась. Даже Архонт не смог скрыть легкую улыбку. Лиор заметил это первым.
— Вот видите, — победно заявил он. — Мне удалось невозможное.
— Что именно? — спросила Эллианна.
— Заставить Архонта улыбнуться до полудня.
Архонт тяжело вздохнул.
— Иногда мне кажется, что однажды Совет лишит тебя титула исключительно за чрезмерную разговорчивость.
— Не сможет.
— Это еще почему?
— Потому что тогда заседания станут невыносимо скучными.
Эллианна снова рассмеялась. И только теперь поймала себя на мысли, что смеется здесь впервые по-настоящему. Не из вежливости. Не от облегчения. А потому что ей действительно смешно. Лиор заметил это. И почему-то улыбнулся не своей привычной открытой улыбкой, а совсем иначе — мягче, почти незаметно, словно именно этого и добивался.
Архонт внимательно посмотрел сначала на него, потом на Эллианну. От его взгляда не укрылось ничего. Ни того, как быстро исчезло напряжение, которое сопровождало девушку с момента появления в Эйрилоне. Ни того, как естественно Лиор сумел разрушить невидимую стену, отделявшую ее от этого мира. Это было хорошо. Очень хорошо.
Потому что впереди их ждали разговоры, после которых Эллианне снова придется столкнуться с вещами, способными перевернуть ее представление о собственной судьбе.
Архонт медленно подошел к древней стене и положил ладонь на холодный камень. Серебристое сияние, вызванное прикосновением Эллианны, почти исчезло, оставив лишь несколько едва заметных символов.
— Это только начало, — негромко произнес он. — Архив не открывает свои тайны сразу. Он словно проверяет того, кто стоит перед ним.
Лиор склонил голову набок.
— То есть сегодня он решил лишь... поздороваться?
— Именно.