Чем больше говорил Йен, тем ярче пульсировала его сила. Держалась пока в оковах тела, но поднималась, как будто бы со дна души.
— Даже если бы у меня был интерес посотрудничать с короной, то маловероятно, что сейчас я бы находился здесь.
— А вот почему вы находитесь здесь, это большой вопрос. Я так подозреваю, дело в моей жене?
— В вашей бывшей жене, господин Шейн. Вы оставили её одну. Бросили в поместье. И ваш ребёнок, который не понимает, как так могло произойти. Я ничего не сказал ему ни разу о том, что отец плохой. Но как наставник… Он мне много раз задавал один и тот же вопрос: как так могло произойти? Почему мой отец королевский дознаватель, а я беспомощная пустышка?
Я тяжело вздохнул.
— Поэтому я не буду лукавить, говоря о том, что дело в вашей семье. Просто там, где леди Анна с детьми оказалась никому не нужна, появился я. И все на этом.
Это был самый правдивый ответ.
Кристалл, качающийся в маятнике часов, сиял идеальным изумрудным светом.
— Прекрасная исповедь, господин Форест. Ваш выбор?
— Клятву верности я не буду приносить.
— Принесёте. Ведь там, где оказалась одна, никому не нужная женщина с двумя детьми, появились вы. Хотите и дальше рядом быть — клянитесь в верности.
Глава 58
Анна.
Разговор с Гербертом оставил послевкусие неприятное, затхлое, которое отчётливо ассоциировалось с надвигающейся бурей.
Так было в первую зиму в Раудан. Когда небо темнело с самого утра и облака тяжёлые, казалось бы, парчовые, сменяли свой оттенок с голубовато-серого на розово-графитовый. Я тогда ещё не знала о том, что стихия может быть настолько пугающей. А домочадцы закрывали ставни на первом этаже дома. И тогда очень сбоили магические кристаллы, которые занимались практически всем обеспечением дома. Камины затапливались постоянно, но все равно был сырой, влажный холод.
Сейчас у меня было примерно такое же чувство.
Я передёрнула плечами, когда вышла из кабинета Герберта и столкнулась с леди Айлин.
— Адалинда сегодня стабильна. Пройдём.
И мы прошли в одну из гостевых спален, которую занял Тадеуш со своей женой.
Адалинда лежала на кровати, свернувшись клубочком, а Тадеуш сидел возле неё и гладил. От его пальцев распускались золотистые цветы.
— Ты умеешь? — спросил отец Герберта, и я покачала головой. — Давай научу.
Леди Айлин опустилась в кресло, и сноп искр поднялся в камине, озарив комнату тёплым, оранжевым светом.
Я села на колени возле кровати и погладила Адалинду по волосам. Дочка приоткрыла глаза и улыбнулась.
— А мои куклы… Мои куклы, они на месте? — Тихо спросила Адалинда, и у меня сердце сдавило.
— Да. Все на месте.
И действительно, куклы дочери, вещи сына, как и мой гардероб, были на месте. Это заставляло задумываться над некоторыми вопросами.
Тадеуш перехватил меня за запястье и провёл моей ладонью по плечику Адалинды.
— Чувствуешь?
— Да. — Я действительно чувствовала лёгкое покалывание, которое через мою руку проходило к ладони Тадеуша.
— Попробуй. Также потяни на себя, как ты тянешь магию с живых растений.