Трон был сделан из позвоночника и рёбер древнего ледяного дракона; синие кости, сцепленные с антрацитом обсидиана.
Когда-то Хела была красивой женщиной. Высокая, черноволосая, с тонкими чертами лица. Сейчас от прежней красоты осталась только тень. Изможденная, бледная, с впалыми щеками и тенями под глазами; волосы её, всё ещё чёрные, висели тусклыми прядями. На голове — потускневший венец из шипов.
Заточение её съело.
Хела увидела Тора. Не шевельнулась. Только молча посмотрела на него прищурившись.
— Здравствуй, Хела, — сказал Тор. — Я Тор. Твой брат. Король Асгарда, владелец четырёх Камней Бесконечности.
Хела молчала.
— Став королём, я решил разобраться с последней проблемой, которая меня по-настоящему волнует. С тобой. У тебя есть три пути. Первый — остаться в этой тюрьме навечно. Второй — подчиниться мне и жить в Асгарде как сестра короля. Третий — я обрываю твою связь с Асгардом, ты теряешь свою божественную силу и становишься обычным асом. Сильной, с магией, но уже без подпитки от Иггдрасиля. И ты уйдёшь в изгнание за пределы Девяти миров.
Хела смотрела на него.
В её глазах за это время промелькнуло несколько разных выражений: оценка, расчёт, давняя обида, нечто похожее на любопытство.
Потом она медленно усмехнулась сухой ироничной усмешкой.
— А силёнок-то хватит подчинить меня, мальчик? — спросила она тихим, чуть хрипловатым голосом.
Тор просто отпустил собственную ауру.
Ту самую ауру, которую он постоянно держал сжатой, под контролем. На данный момент давление его ауры уже измерялось космическими мерками. Она развернулась моментально.
Весь воздух в тронном зале как будто вытеснило. Пол треснул. Стены пошли тонкой сеткой разломов. Хелу придавило к трону, не намеренно, а просто потому, что ей не хватало сил выдержать вес присутствия такого порядка. Она хрипела, пыталась подняться, но не могла. В её глазах пылала яркая, первозданная ненависть.
Тор подержал ауру несколько секунд.
Потом убрал.
Хела глубоко выдохнула и попыталась сесть на троне прямо.
— Ты сейчас ослаблена, — сказал Тор спокойно. — И не можешь сражаться в полную силу. Но и я ничего не вкладывал в эту демонстрацию. Это даже не тысячная доля моих возможностей. Я могу превратить Хельхейм в цветущий сад, населить его пегасами и сделать тебя пастушкой над ними одной мыслью. Так что — да. Силёнок хватит.
Он помолчал.
— Но я не пытаюсь тебя подчинить. Я даю тебе выбор. Я не буду убивать сестру. И не буду переписывать её разум. Ты всё ещё часть семьи, а семью я не трогаю. У меня есть принципы, которые меня сдерживают. Без них я давно бы стал чудовищем мультивселенского масштаба.
И Тор усмехнулся собственным словам.
Хела молчала.
Потом медленно встала с трона.
Подошла к нему. Почти вплотную. Посмотрела ему в лицо.
— Ты пользуешься Камнями Бесконечности, — сказала она. — Значит, ты не лицемерный трус, как наш отец. Это уже хорошо.
— Я не отец, — ответил Тор.
— Это я уже поняла. Ты король?
— Король.
— Скажи мне, брат-король, — голос у неё чуть окреп. — Ты расширяешь наше королевство? Или сидишь взаперти, как отец?
— Расширяю. Но не вширь, а вглубь.