— Мне нужно срочно позвонить, — бросает он через плечо, уже направляясь к деревьям. — Это по работе.
Я смотрю ему вслед с замиранием сердца.
— Мы только что приехали, Марк.
— Я вернусь через секунду, хорошо?
Он даже не оборачивается.
Я выдыхаю, чувствуя, как меня охватывает смесь разочарования и одиночества. Все должно было быть по-другому. Предполагалось, что эта поездка будет посвящена нам и поиску пути к восстановлению утраченной связи, но вместо этого, это оказывается еще одним напоминанием о том, как далеко мы отдалились друг от друга.
Я выхожу из машины, и холод сразу же пробирает меня до костей, даже сквозь толстое пальто. Резкий ветер щиплет меня за щеки и нос, и мое дыхание вырывается мягкими клубками, когда я захлопываю за собой дверь, и этот звук прорезает тихую тишину заснеженного леса. Снег под моими меховыми уггами мягко хрустит при каждом шаге, оседая под тяжестью моих ног. Я на мгновение останавливаюсь, оглядывая открывшуюся передо мной картину — уютный маленький домик, укрытый снежным одеялом.
Деревянное крыльцо тихо поскрипывает, когда я поднимаюсь на него, каждая доска обветшала, но крепка под моими ногами. Снег покрывает края крыльца, прилипая к перилам. Вдоль перил гирлянды мерцают, как звезды, отражаясь от снега и создавая волшебное праздничное сияние.
Два маленьких фонаря, по одному с каждой стороны двери, мерцают, их свет отражается от сосулек, свисающих с крыши. Сосульки длинные и острые, они сверкают в мягком свете, как хрустальные кинжалы. На огромных деревянных стульях на веранде накинута пара красных клетчатых одеял, нетронутых с тех пор, как владелец готовился к нашему приезду.
Я глубоко вдыхаю холодный воздух, пронзающий мои легкие, но с оттенком слабого аромата вечнозеленых растений и дыма из трубы. Я оглядываюсь, осматриваю окрестности, берусь за прохладную ручку и поворачиваю ее. Красиво. Это кажется мирным и живописным местом — как идеальный рождественский отдых, пока мой взгляд не падает на Марка, который стоит среди сосен, прижав телефон к уху.
Если бы только у меня не было ощущения, что это пустая трата времени.
Как только я переступаю порог, меня окутывает тепло, словно уютные объятия. Аромат ванильных свечей и потрескивание огня в камине мгновенно создают ощущение уюта и гостеприимства. В углу стоит рождественская елка, украшенная серебряной мишурой и гирляндами, на каминной полке развешаны чулки, а под елкой даже стоит приветственная корзина с печеньем и вином.
Сбросив заснеженные ботинки у двери, я подхожу к окну и смотрю на заснеженные деревья. Поднимается ветер, заставляя ветви раскачиваться, и на мгновение, клянусь, я вижу, как что-то движется в тени между деревьями. Мое сердце замирает, но когда я моргаю, там ничего нет. Только падающий снег.
Я качаю головой и отхожу от окна. Я позволяю своему воображению взять надо мной верх. И все же это есть… ощущение, будто кто-то наблюдает за мной. Я не могу это объяснить, но оно есть, мурашки ползут у меня по спине. Я оглядываюсь через плечо, осматривая комнату, хотя и знаю, что я одна.
Большая дубовая дверь скрипит, и входит Марк, засовывая телефон в карман.
— Я вернулся, — говорит он беззаботным тоном, как будто мир за пределами домика не казался удушающей ловушкой.
— Как раз вовремя, — отвечаю я, скрещивая руки на груди. — Я думала, что буду ждать целую вечность.
— Прости, детка, — говорит он, сверкая улыбкой, которая кажется скорее отрепетированной, чем искренней. — Звонок по работе. Ты же знаешь, как это бывает. Надо же, чтобы босс был доволен, верно?
— Верно, — бормочу я, и в мой голос закрадывается горечь.
Он оглядывает домик, морща нос.
— Я все еще не могу поверить, что ты захотела приехать в эту дыру. Я имею в виду, почему мы здесь отмораживаем свои задницы, когда могли бы быть на тропическом пляже или где-нибудь в хорошем отеле?
— Потому что я хотела сбежать от всего! — парирую я, чувствуя, как на поверхность выплескивается разочарование. — Я подумала, что было бы неплохо провести немного времени вместе, только вдвоем. Ну, знаешь, без работы и телефонов.
— Конечно, но это место? — Он пренебрежительно машет рукой, как будто проблема в самом домике. — Это какая-то полная дыра. Ты могла бы выбрать какое-нибудь место с комфортным проживанием. Например, Мексику или Кубу. Куда — нибудь…
Я чувствую, как бешено колотится мое сердце, гнев смешивается с болью.
— Я хотела провести с тобой время, а не сидеть на пляже с коктейлем в руке, пока ты наносишь себе загар, и разглядываешь каждую проходящую мимо девушку в откровенном бикини! Я думала, я тебе небезразлична.
— О, началось. — Он закатывает глаза, его безразличие ранит сильнее любых аргументов. — Я забочусь о нас. Ты знаешь, что я забочусь, и я хотел провести отпуск так же сильно, как и ты. Просто я не представлял, что мы будем отдыхать именно здесь, вот и все. Кроме того, я не могу просто взять и отключиться. Ты же знаешь, у меня сейчас много важных дел, с которыми я должен разобраться. Ты же не можешь ожидать, что я все брошу.
Я делаю глубокий вдох, пытаясь справиться с нарастающим раздражением.
— Ты что, не понимаешь, да? Все время, пока мы здесь, ты разговаривал по телефону.
— Остынь, Аляска. — Он отмахивается от моих слов, как от пустяка. — Когда будет готов ужин? Я умираю с голоду.
— Серьезно? — Я не могу поверить, что он так легко переводит разговор. — Ты думаешь, я здесь только для этого? Чтобы готовить для тебя, пока ты листаешь страницы в своем телефоне?