Одержимые: читать начало книги онлайн

– Я тоже туда еду, – счел нужным сообщить советник и, протянув руку, произнес в пространство: – Шимчик.

На что тренер, поклонившись, отвечал:

– Вальчак.

В этот момент к ним приблизился бодрый старичок, который с самого начала внимательно прислушивался к беседе.

– Господа, так вы в Полыку? – воскликнул он. – Какая удача, я ведь тоже туда направляюсь. Позвольте представиться, – обратился он к советнику. – Сколинский Чеслав, профессор. Если быть точным – историк искусства. Сколинский! Вы, верно, в пансион? Вам там понравится, голубчик, смею вас заверить! Усадьба в Полыке – это рай, а не пансион. Порой я даже испытываю радость оттого, что помещики разоряются и вынуждены открывать в усадьбах пансионы, ведь нигде так хорошо не отдыхается, как в деревне. Я провел там уже две недели, а сейчас всего на денек заскочил в Варшаву и вот возвращаюсь обратно. Чудесное, чудесное место, голубчик! Кстати! – воскликнул он, обращаясь к молодому тренеру. – Панна Майя Охоловская, ваша будущая партнерша, тоже едет в этом поезде. С вашего позволения – Сколинский, профессор, если быть точным – историк. Я бы вас ей представил, но не хочу показаться неделикатным: она едет с женихом… Точнее, ее жених едет с князем Гольшанским – знаете, тот князь из Мыслочи? Это тоже рядом с Полыкой… Так вот, ее жених, пан Холявицкий, едет в одном купе с князем, у которого служит секретарем, а она, бедняжка, – в соседнем купе. Князь немного… того… – Он постучал пальцем себе по лбу. – И секретарь не имеет возможности отлучаться от него. Впрочем, нам в любом случае не стоит мешать молодой паре.

Мерно покачиваясь, поезд мчался по печальной местности, в свете заходящего солнца казавшейся темно-зеленой и плоской. Все чаще с обеих сторон подступали леса, все чаще состав стремительно прорезал мелкие сосновые перелески. Господа углубились в беседу, а Мариан Вальчак, тренер люблинского клуба «Зеспул», насвистывал, глядя на проплывающие за окном пейзажи. Он скучал. Он вообще часто скучал. Порой на него накатывала такая скука, что просто невмоготу становилось. Вальчак решил прогуляться.

Вагон первого класса, по которому он сейчас шел, был почти пуст, но одно купе привлекло его внимание.

«Наверное, здесь едет этот князь», – подумал он и, притворившись, будто поправляет волосы перед висевшим на стене зеркальцем, заглянул внутрь.

Картина, представшая его глазам, и в самом деле оказалась любопытной. Огромные чемоданы чрезвычайно старомодного вида громоздились на полках; открытый несессер, помнивший, пожалуй, еще времена Наполеона, величественно покоился на дешевом грубом пледе фабричного производства. Трость, инкрустированная слоновой костью, соседствовала с весьма потрепанным зонтом; повсюду во множестве лежали свертки, пакетики с провизией, коробочки… Все это, вместе взятое, навевало мысли чуть ли не об эпохе дилижансов.

Среди разбросанных в беспорядке предметов роскоши и дешевых вещичек дремал, положив голову на вышитую подушку, маленький тщедушный старичок в неправдоподобно ветхом костюме с огромной заплатой на правом колене. Но при всей возбуждающей жалость дряхлости в чертах его лица читалось нечто столь властное и утонченное, что любой, едва взглянув на него, понимал: сидящий напротив элегантный господин в отлично скроенном костюме – не более чем секретарь, находящийся в услужении у сей величественной особы. Секретарь держал в руках раскрытую книгу, но не читал, а задумчиво смотрел в окно.

Почтенный старец внезапно чихнул и открыл глаза – а открыв их и обнаружив уставившегося на него юношу, немедленно вытаращил и выпучил свои маленькие голубоватые глазки так, точно привидение увидал. Лицо его покраснело. Он попытался что-то сказать, пошевелил губами и вдруг тоненько вскрикнул:

– Франек! Франек! – И протянул руки вперед. Но его спутник тут же отвернулся от окна и быстрым движением опустил шторку на двери.

Вальчак, не очень понимая, что произошло, почел, однако, за благо удалиться и заглянул в следующее купе. Здесь он обнаружил картину не менее любопытную и даже в чем-то схожую с давешней, но в чем-то и диаметрально противоположную. В купе находилась молодая девушка – и спала.

«Ага, – подумал юноша, – это небось та самая панна Охоловская».

Лица разглядеть он не мог, поскольку его закрывала рука, но Вальчака удивило то, как спала девушка: элегантно одетое, стройное и нежное тело было перекошено и небрежно пристроено в углу, а согнутые в коленях ноги закинуты на противоположную скамью таким образом, что оказались чуть ли не выше головы; попытайся кто-нибудь специально найти самую неудобную позу для сна, он и то не смог бы улечься более эксцентричным и даже бесчеловечным образом. Так и подмывало потрясти девушку за плечо и воскликнуть: «Да как это вы так спите?!»

– Она ведь спит, совершенно не заботясь о себе, – пробормотал он. – Точно вовсе себя не уважает. Как будто ей все равно, голова у нее ниже ног или ноги ниже головы… А ведь вроде такая элегантная…

Поезд катился, монотонно погромыхивая, все вокруг тряслось и подскакивало, в том числе и спящая девушка. Вальчак разглядывал ее с таким любопытством, что совершенно забыл, где находится и куда едет.

В сущности, она не слишком ему нравилась, он предпочитал женщин постарше и попышнее, но было в ней нечто такое, что он глаз не мог оторвать. И вдруг его осенило:

– Да ведь она спит в точности как я!

Действительно, всякий раз, проснувшись ночью, Вальчак обнаруживал себя в подобной позе – он спал точно так же, и товарищи даже не раз смеялись над ним. Ну ладно, он – это понятно, но чтобы столь утонченная барышня спала эдак вот, позабыв о самоуважении…

«Она спит, словно на лавке в полицейском участке, – подумалось Вальчаку. – Интересно, это и есть Охоловская?»

Ее легкое пальто висело на вешалке рядом с дверью. Из кармана торчал белый конверт. Юноша заколебался, но любопытство взяло верх над порядочностью: он вытащил письмо и, поглядывая на спящую девушку, начал читать. Да, это была она. Письмо, адресованное Майе Охоловской, гласило:

Вальчак сунул письмо обратно в карман пальто.

Да, это была панна Охоловская, талантливая теннисистка, которую начиная с завтрашнего дня ему предстояло «подтягивать», – его будущая партнерша. Ага, значит, она мечтает удачно выйти замуж – ну разумеется, кто ж не мечтает, все эти барышни желают удачно выйти замуж и жить в свое удовольствие.

«Прямо как я!» – подумал он и рассмеялся.

Поезд замедлил ход. Вальчак вернулся в свой вагон, где советник Шимчик и профессор Сколинский уже снимали с полок чемоданы и надевали пальто. Вагоны качнулись и замерли.

– Выходим! – воскликнул профессор. – Стоянка всего две минуты!

Глава II

– Лошади из Полыки?

Такой вопрос советник Шимчик обратил в пространство, выйдя на крыльцо станции. Носильщик тащил за ним два чемодана и тюк с постельным бельем.