— Интересно, конечно, — Беатрис разглядывала плошку с дохлыми клещами на дне. — Это ты из целебной травы старика Витольда приготовил?
— Нет, это раствор из грибницы, — уклончиво ответил я. — Исключительно моя идея. Старик Лука здесь не причем.
— Не знала, что ты ещё и в отраве для всяких насекомых разбираешься, — не скрывая восхищения в голосе, заявила девушка.
— Ты как будто забыла, как мы щёлок от жуков варили, — напомнил я.
— Ну, там же никаких трав или грибов не было, — пожала плечами девушка. — А здесь уже что-то интересное. Надеюсь, оно для утят не вредное?
— Нет. Если бы у меня были сомнения на этот счет, то я бы просто Луку в гости позвал. Чтобы осмотрел птицу.
Значит, напасть с фронтирными клещами осталась позади. Но меня до сих пор терзали мысли по поводу пропавшего Радована.
Куда он мог деться?
Я принялся размышлять.
Уйти он мог в два места. Либо к старику Витольду, где числился внуком, но это очень сомнительная идея. Ещё не хватало, чтобы этот «родственник» сдал Радована с потрохами, забыв, что по легенде он его внук.
Либо он ушел к той девице в Преславице, про которую обмолвился. К ней он бегал по утрам, вполне возможно, что и скрывается у неё.
— Беатрис, — я повернулся к девушке. — Та девица, к которой Радован бегал. Случайно не знаешь, кто это?
Охотница нахмурилась, припоминая.
— Скорее всего это дочка Гжегожа, — предположила Беатрис.
— Того самого? — переспросил я. — Ну, у которого мы лес покупали?
— Больше идей у меня нет, — пожала плечами девушка. — Я их видела несколько раз. Только не подумай ничего такого…
— Что ты за ними следила? — усмехнулся я. — Справедливости ради, у меня даже таких мыслей не возникло. Так говоришь, будто Радован тебе не безразличен!
— Ты всё неправильно понял, Войцех — смущенно объяснила девушка. — Я просто ходила на рынок в Преславицу. Видела их вместе.
Теперь всё встало на свои места. А я вот думал как так получилось, что Радован умудрился прошляпить воровство со стороны Петера. Так ему просто некогда было за этим следить! Есть такой грешок за душой моего помощника. Если влюбится, то пиши-пропало!
— Хм, интересно. Нужно попробовать его найти быстрее, чем городская стража. Правда что делать дальше — вот вопрос.
— Ну, не будут же они его искать вечно, — подметила девушка. — Радовану нужно просто залечь на дно. Пропасть на несколько месяцев. Спрятать его у старика Луки. Он в глухом месте живет, сомневаюсь, что в ту сторону люди вообще заходят.
— Мне ещё нужно хорошенько всё обдумать. Я бы и рад согласиться с тобой, Беатрис, да вот только мне Радован нужен на участке. Да и вообще после визита стражи вряд ли он когда-нибудь сможет со спокойной душой работать на меня, да и вообще бродить по округе. Здесь нужно явно другое решение.
— Я уверена, что ты что-нибудь придумаешь, — заявила Беатрис. — Если у тебя получилось помочь мне, то и с Радованом дело быстро утрясется.
Если бы было всё так просто…
Я ничего не ответил девушке, лишь кивнул в знак согласия.
Солнце уже зацепилось краем за верхушки сосен. Уже вечер, а его всё нет. Может быть Радована уже поймали? И ведь не узнаешь никак. Хоть в пору завести себе голубей, чтобы с городом связь поддерживать. Сейчас бы отправил послание к командиру Гроссу и всё узнал.
Граф искал Радована не просто как беглого заключенного. На той листовке у коновязи была подпись «доставить живым». За обычного каторжника десять зиллингов вряд ли бы стали платить. Графу он зачем-то нужен. И нужен целым.
Радована я нашёл сам, и куда раньше, чем рассчитывал.
Он объявился под утро, ещё до рассвета, когда я, так и не уснув толком, вышел во двор проверить птицу. Тёмная фигура мелькнула у кромки леса, а Корнепий даже носом не повел. Если бы был чужой на участке, то живкорой сообщил мне об этом.
— Войцех, — прошипел он из темноты. — Войцех, это я.