Укротитель Драконов 4: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я думал, в полёте станет легче. Не стало.

Тело сползало по чешуе вниз каждые несколько секунд. Каждый взмах крыла подбрасывал меня снизу, и на пике движения, в верхней точке, я будто на секунду отрывался от шеи и снова на неё падал. На третьем таком толчке я съехал вниз настолько, что почти лежал на боку дракона, левой рукой ловя гребень из последних сил. Кар-Рох под мной сбавил ход, выровнялся, повёл плечом мягче и я каким-то чудом подтянулся обратно.

«Держись.»

«Стараюсь.»

Руки на гребне свело. Пальцы держал сжатыми настолько насколько мог. Колени вдавил в основание шеи, и икры уже горели, как после долгого подъёма по крутой тропе.

Ещё один толчок, и меня снова занесло вбок. На этот раз правая рука соскользнула. Я повис на левой, ноги пошли в сторону, и в эту секунду Кар-Рох под мной чуть-чуть накренился. Движение для меня. Тело моё качнулось обратно к гребню, и я успел поймать его правой ладонью.

«Кар-Рох.»

«Слышу.»

«Не могу больше. Падаю.»

Я едва послал это по нити, и нить ответила затухающей вибрацией, как струна, по которой ударили в последний раз. Запас, который я выдоил из себя двумя глотками отвара возможно кончался.

Кар-Рох выпустил из глотки длинный гортанный крик с переливом в конце. Будто звал кого-то.

Впереди Искра ответил. Короткое, резкое, на одной ноте. И тут же ушёл вниз по плавной дуге, разворачиваясь.

Кар-Рох пошёл за ним. Снижение пошло круто, у меня в животе всё подкатило к горлу. Я уцепился крепче. Внизу, сквозь рваную пелену облаков, проступили хребты. Серые гребни, седловины, белые языки снега на склонах. Я не узнавал ничего. Где мы, я не понял бы и в ясный день.

Драконы пошли кругами. Снижались по спирали, и я снова заскользил вбок. Сполз ниже, чем до этого, и на этот раз Кар-Рох уже не успел подкрутить корпус. Я ехал по чешуе вниз, по ребру лопатки, и в последний момент впился пальцами в выемку у основания крыла, где чешуя расходилась. Ноги мои болтались над пустотой.

Я не мог даже заорать. Сил не было.

Кар-Рох пошёл на посадку.

Я увидел внизу площадку. Каменный круг шагов триста или четыреста в поперечнике, со всех сторон вставшие тёмные скалы. Узкая ровная плита, припорошённая снегом, с торчащими сквозь снег чёрными стеблями травы. Кое-где у краёв росли низкие сухие кусты, согнутые ветром в одну сторону. У дальнего края площадки чернел проём, похоже, вход в пещеру. Слева, между двух скальных зубьев, уходило узкое ущелье. Больше ничего.

Искра приземлился первым. Хлопок крыльев, столб снежной пыли, мягкое касание лап о камень. Тяжесть его веса я почувствовал даже сверху, по тому, как дрогнул воздух.

Кар-Рох заходил тяжелее. Я понимал, что он старается посадить меня мягко, и понимал, что не выйдет. Чешуя подо мной вибрировала от напряжения мышц. Крылья пошли в обратную тягу, тормозя, и от этого толчка меня снова занесло вбок. Я почувствовал, как разжимаются пальцы сами, против моей воли.

Лапы ударили о камень. Кар-Рох присел, гася удар. И в эту секунду я полетел.

Левое крыло его пошло подо мной снизу, подставленное широкой плоскостью. Я упал на чешую, она спружинила, я перекатился через край и съехал по нему, как с горки, в снег у задних лап.

Удар о землю вышел мягкий. Снег принял спиной, плечом и щекой.

Я лежал, сердце колотилось так, что я слышал его в ушах и висках. Снег под щекой холодил. Я дышал ртом, и пар выходил толчками. Руки тряслись. Я не мог понять, где у меня кончается тело и где начинается камень под снегом.

Полежал.

Поднял голову.

Кар-Рох стоял в двух шагах. Шея вытянутая, длинная, ошейник на ней сидел нелепо, как украшение, потерявшее смысл. Намордник тоже. Он смотрел на меня сверху одним глазом, тёмным и влажным.

Сзади послышался тяжёлый шаг. Искра подошёл сбоку, обогнув Кар-Роха по широкой дуге.

Я поднялся. Сначала на четвереньки, потом, придерживаясь за лапу Кар-Роха, на колено. Потом на ноги. Шатнуло, я схватился за чешую на бедре дракона. Чешуя тёплая, под ней билась большая жила.

Огляделся.

Площадка лежала ровная, как стол. По краям её замыкали скалы метров пятидесяти высотой, тёмные, изъеденные ветром. Снег по плите шёл неровными полосами, где толще, где тоньше, и из-под него местами проглядывал серый камень с тонкими прожилками. Кусты у дальнего края, чёрные и сухие, торчали из земли как обломки рёбер. Трава, что разглядел сверху, оказалась жёсткой острой щёткой, проросшей сквозь трещины в плите.