— Вызовите подкрепление, используйте оружие! — злобно рявкнул Бригер, поворачиваясь к охраннику, но в его голосе впервые прозвучали нотки паники.
— Поздно, они уже идут к главному входу. Их сотни, может, тысячи! Нам не сдержать их долго…
Бригер замолчал, повернувшись к экрану и пытаясь сохранить лицо. Он нервно поправил галстук и процедил, обращаясь к политикам:
— Господа, небольшие технические неполадки, но ситуация под контролем. Все, что вы увидели, не более чем спектакль противников развития человечества. Я предлагаю продолжить наш разговор позже…
Лидер Юга перебил его:
— Мне кажется, мы увидели достаточно, господин Бригер. Никаких решений мы принимать сейчас не будем.
Экран погас. Бригер в ярости ударил кулаком по столу и повернулся к охране:
— Закройте все входы, никого не впускать! И выключите наконец эти проклятые камеры!
Но было уже поздно. Я бросила быстрый взгляд в окно — толпа на улице перед зданием превратилась в сплошную человеческую массу, которая продвигалась к дверям. Кто-то уже ломал ограждения, некоторые швыряли камни в окна нижних этажей. Было ясно — сейчас начнется штурм, и остановить его невозможно.
Охранники в панике метнулись выполнять приказы Бригера.
Глава 76. Том
Том поднял голову, стараясь совладать с дыханием. Мышцы отказывались слушаться, но сознание было ясным. Антитела Анны делали свое дело — смерть, с которой он так открыто заигрывал, не спешила его забирать. Он осторожно оглянулся: Чарли стояла рядом, сжимая его руку. На ее лице отчетливо читались гнев и тревога, но она была готова драться, если придется.
Два охранника держали Анну в стороне, направив на нее бластеры, но выглядели неуверенно. Казалось, им самим было непонятно, что теперь делать. Личный безопасник Бригера наблюдал за происходящим. Даже он не спешил приближаться к Анне слишком близко.
— Никому не стрелять, — прохрипел Бригер, тяжело опираясь на стол. Его лицо приобрело неприятный серый оттенок. — Девчонка нужна живой.
— Так чего вы встали?! — рявкнул Виктор со злостью в голосе, выходя из своего темного угла. — Заберите ее. Остальных — убить!
Безопасник шагнул вперед, намереваясь дернуть Анну за плечо, но Том был быстрее, а в суматохе его подпустили слишком близко. Одной рукой он схватился за направленный в пол бластер, другой — за запястье амбала, со всей силы вдавливая комм в руку. Пальцы безопасника разжались, Том отпустил его, выхватил бластер и приставил к голове Анны.
Чарли среагировала и тут же заняла позицию возле них. Она смотрела на охранников с жесткой решительностью, готовая вступить в бой.
— Не стрелять. — Бригер держался за грудь.
— Полагаю, она вам обоим нужна живой, м? Без нее не закончить ваше колдовское зелье.
Шутить выходило плохо. Бригер прожигал его полным ненависти взглядом. Анна не шевелилась, не пыталась отодвинуть голову.
— Глупый ход, — нарушил тишину Виктор.
— Согласен, — откликнулся Том. — Переделывать поздно. Скажи придуркам, чтобы опустили оружие. Я заберу своих и уйду.
— Или что? — Виктор отделился от угла.
— Или мы перестреляем друг друга. Как думаете, кого из вас я еще успею задеть после ее смерти?
— Сдохнешь ни за что.
— Я уже мертв.
Виктор оскалился в странном подобии улыбки и сделал еще один шаг к столу. Том пытался вычислить, в чем его план, но не видел смысла в его действиях. Человек шел не к нему, в другую сторону обходить было ближе.
— Чего ты хотел этим добиться? — проскрипел Бригер. — В историю войти? Хаарс, убивший главного человека в Федерации, не станет мессией. Не принесет мир. Тебя запомнят как развязавшего последнюю войну и уничтожившего свой вид.
Том бросил быстрый взгляд на снимавший его дрон и передвинулся на полшага, чтобы шрамы на запястьях попали в кадр. Слова словами, но теперь в его происхождении не возникнет сомнений. Усмехнулся. Богатые люди с их богатыми проблемами раздражали и умиляли одновременно: лично его место в истории не волновало, он никогда не мыслил такими масштабами. До сих пор…
— Нет, меня запомнят как того, кто рискнул жизнью ради человека. Того, кто поднял оружие на своего — ради человека. Ради тысяч людей, которые теперь знают, что их ждет. — И Том, больше не беспокоясь, что его могут пристрелить, когда он отвлечется, повернул голову к окну.