— Эржена, — шикнул демонолог, рывком приобнимая уже заплечи, когда мне стало настолько хорошо, что я чуть ли глаза не закатила от экстаза. — Не здесь и не сейчас!
А?
Подняв на мага откровенно соловые глаза, вдруг увидела его лицо близко-близко…
А потом он меня поцеловал. Прямо при всех в центре храма!
Справа послышался возмущенный возглас Берты, слева кто-то усмехнулся басом, вдали, кажется, и вовсе прозвучал ироничный комментарий… Но это всё было неважно!
О, как он меня целовал! Жарко, сладко… Провокационно!
Но лишь через пару минут я ощутила, как из меня утекает лишнее, причем в Рауфа, а мне самой становится ощутимо легче. И главное — мозги прочищаются!
Боги, мы что творим???
Замерев в его руках в откровенном шоке, кажется, тем самым я дала Дэймосу понять, что уже осознаю реальность, отчего мужчина отстранился, тяжело дыша, но первым делом посмотрел мне в глаза, оценил уровень возмущения, коротко усмехнулся и кивнул сам себе.
— Уже лучше.
А потом развернулся и громко, во всеуслышание произнёс:
— Святой отец, прошу вас, венчайте нас.
В этот ранний час народу в храме было не сильно много, человек двадцать, причем преимущественно женщины старшего возраста, но заметила я и нескольких богато одетых мужчин, а так же молодую женщину с ребятишками. И все смотрели на нас.
Все!
Но только Берта с круглыми глазами и непередаваемым выражением лица. Остальные кто с улыбкой, кто с легким осуждением, но после слов Дэймоса оно начало потихоньку трансформироваться в одобрение и даже умиление.
Но только подошедший к нам внезапно довольно молодой жрец от силы лет тридцати и с приятно одухотворенным лицом, одетый в серебристый балахон с зеленой вышивкой, нарушил опустившуюся на храм тишину вопросом, заданным мне:
— По своей ли воле вы пришли сюда, дитя? И уверены ли вы в своём желании связать судьбу с этим мужчиной?
— Да, — произнесла твердо, уже окончательно придя в себя. Улыбнулась и добавила: — Да, очень хочу.
Справа приглушенно пискнула Берта, но я даже не покосилась в её сторону. Что бы она сейчас обо мне ни думала, это всё уже неважно.
— Я вижу, ваши помыслы чисты и желание обоюдно. И не смею препятствовать воле богов, позвавших вас в свою обитель, — пафосно и немного странно заявил жрец, жестом предлагая пройти ближе к статуям и красивому белоснежному алтарю, стоящему перед ними. А следом обратился и к прихожанам: — Прошу всех присутствующих засвидетельствовать добрую волю и свершившееся чудо единения двух молодых людей, нашедших друг друга под сводами нашего храма.
Прихожане разулыбались сильнее, послышались даже одобрительные возгласы, после чего Дэймос ловко помог мне снять платок и верхнюю одежду, прикинув это в руки насупленной Берте, которая явно ощущала себя обманутой, но вмешиваться в происходящее не спешила. Рядом с ней стоял задумчивый Курт, но эмоции на его лице я прочесть не смогла, хотя мне показалось, что он даже одобряет происходящее.
Впрочем, мне могло и показаться.
Сам Рауф тоже снял пальто и даже успел перекинуться парой слов со жрецом, отчего тот стал особенно задумчив, ну а потом мы подошли к алтарю, в жаровнях словно сам собой вспыхнул золотистый огонь, отчего ярче запахло благовониями, и жрец, произнеся очень красивую речь о любви, долге и единении душ, задал главный вопрос:
— Дэймос Рауф, готов ли ты взять в жены деву Эржену и нести бремя ответственности, быть заботливым мужем и отважным защитником?
— Готов, святой отец, — отрывисто произнёс Дэймос, ни на миг не отпуская мою руку.
Жрец удовлетворенно кивнул и посмотрел на меня, причем с особым пристальным вниманием.
— Готова ли ты, дева Эржена, взять в мужья Дэймоса Рауфа, стать ему верной спутницей и заботливой супругой?
— Готова, святой отец, — произнесла твердо.
Жрец снова кивнул, словно ставил штамп «одобрено» под моими словами, после чего улыбнулся, широко развел руки и торжественно произнёс:
— Перед ликом богов и в присутствии славных жителей города Хайтона объявляю вас мужем и женой! Дэймос можете уже поцеловать супругу. — Иронично улыбнулся и тихонько добавил: — Снова.