Наступление продолжается: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Старцев, заметив комбрига, казалось, не был ни удивлён, ни, тем более, растерян. Козырнув, он стремительно прошёл к столу, хрипло доложил:

— Товарищ полковник! Немцы на моём участке не проявляют никакой активности. Соседний батальон отбивает атаки. Разрешите помочь?

— Пока не требуется, — холодно обрезал комбриг — Майор Соболев делает своё дело, за него я спокоен. А вот за твой участок, — он повысил голос, — я боюсь. Немцы хитрят, они готовятся ударить именно на твоем направлении, а ты тут затеваешь какие-то маневры, снимаешь с обороны людей, собираешься куда-то наступать. А тебе известно, что впереди твоего батальона обороняется одна стрелковая рота, да и та неполного состава? Знаешь ты об этом? Ни черта не знаешь и не хочешь знать. Лавры победителя тебе снятся, докладывай, почему не поставил меня в известность о своем решении?

Отступив на шаг, Старцев вздрагивающими пальцами пытался застегнуть распахнутый ворот гимнастёрки.

— Не успел, товарищ полковник, — беззвучно проговорил он, бросив уничтожающий взгляд на Привалова.

— Не успел? А роты снять ты успел? Инициативу проявляешь? Мне такая инициатива не нужна. Мне нужна настоящая, умная инициатива, а не твоё глупое самовольство.

Комбриг встал, медленно и спокойно добавил:

— Мне надоело повторять одно и то же. Уроки прошлого и мои советы, как видно, не пошли впрок. Пеняй на себя, Старцев… От командования батальоном я тебя отстраняю, батальон примет капитан Привалов. Завтра в девять утра явишься в штаб бригады.

Старцев как-то сразу весь поник, — лицо, до этого осмысленное и напряжённое, болезненно искривилось, глаза потухли, руки безвольно опустились по швам. Он ни о чём не думал в эту минуту, даже не пытался оправдываться. Одна мысль, как приговор, заполнила мозг: всё кончено…

Привалов также был поражён. Он недоуменно посмотрел сначала на Старцева, затем на Трубникова — и понял, что не ослышался. Лицо его выражало крайнюю степень смущения. Однако Привалов быстро оправился и, выпрямившись, ждал дальнейших распоряжений.

Полковник взялся за перчатки.

— Тебе, Привалов, следует сейчас же связаться с впереди действующими частями и установить с ними тесный контакт. В случае, если немцы прорвутся, действуй совместно с пехотой, не дожидаясь сигнала. Миномёты и противотанковую батарею я прикажу вернуть, — они вам понадобятся. Пока всё. Желаю успеха. — И уже в дверях комбриг прибавил: — Да, вот ещё что, Привалов. Не думай, что ты назначен командовать временно. Дорожи батальоном, держись за него, не отдавай никому, пока жив.

— Слушаюсь, — ответил Привалов.

Едва комбриг вышел, как Старцев поднял голову, глянул на нового комбата мутными от слез глазами, с горечью и злостью произнёс:

— Подсидел-таки? Добился своего! Ловко, ловко, ничего не скажешь! А я и не подозревал, что ты такой ловкач. Молодец! Далеко пойдёшь.

Привалов повернулся к Старцеву.

— Я мог бы, капитан Старцев, ответить на ваши гнусные догадки так, как они того заслуживают, но мне, извините, некогда. Притом, я не настолько мелочен… Быть может, нам ещё не раз придётся воевать рядом, как знать… А до тех пор давайте договоримся: не будем мешать друг другу.

— Вот как! — взбешённый ровным тоном Привалова процедил Старцев. — Учишь? Языком, вижу, ты умеешь работать, недаром тебе и комбриг поверил. Я воюю с первого дня, ещё на границе был ранен, а ты в это время что делал? Нет, повоюй с моё, тогда тебя и слушать буду. А сейчас я не верю тебе. Не верю, понял?

Не отвечая, Привалов стал закуривать. Его не удивляло молчание Трубникова, но почему молчит Манцуров — об этом Привалов очень хотел бы знать. Несомненно, Манцуров не ожидал подобной развязки (ведь до сих пор Старцев умел как-то выкручиваться в подобных случаях). По меньшей мере, странно… Ну, а Саша, надо полагать, теперь не скоро улыбнётся своей прежней искренней и тёплой улыбкой. Чорт возьми, при чём же, однако, тут он, Привалов? Разве это назначение не было для него столь же неожиданным, как и для других? Хотя, пожалуй, на месте Трубникова обиделся бы всякий. Со Старцевым он воевал больше года, а Привалова знает всего пять месяцев. И уж если Старцева отстранили, то почему бы на его место не встать Трубникову? Он и годами постарше Привалова, и на фронте с сорок первого… Так вот почему хмурится начальник штаба! Его обошли, и он обиделся. Возможно даже, что Трубников всерьёз подозревает Привалова в подсиживании. Ну и дела! Как его разубедить и нужно ли разубеждать именно сейчас, при всех? Пожалуй, не поверит…

Привалов досадливо поморщился. Надо было отдавать своё первое распоряжение, а тут такая неурядица. И он с подчёркнутой деловитостью произнёс:

— Трубников, тебе известно, кто действует впереди нас? Фамилии командиров тоже? Отлично. Значит, ты договоришься с ними обо всём на случай, если потребуется наша помощь. Как только прибудут от Соболева батареи, я выдвину их за гряду. Оставь на переднем крае одного нашего офицера для связи. Ну, хотя бы Курочкина, — он, кажется, бывал уже там?

Трубников молча кивнул. Привалов продолжал:

— На восемнадцать ноль-ноль, если не ввяжемся в бой, соберите весь офицерский состав на совещание.

— Слушаюсь, — помедлив, негромко сказал Трубников, хотя глаз попрежнему не поднял. Манцуров одобрительно кашлянул. Чуть склонив голову, Привалов улыбнулся — он не ожидал этого «слушаюсь». Если бы начштаба промолчал и на этот раз, комбату пришлось бы повторить приказание в несколько ином тоне, чего ему вовсе не хотелось.

Всю вторую половину дня Привалов пробыл на командном пункте стрелкового полка, державшего оборону по ту сторону холмов. Немцы лишь вели, усиленный артиллерийский огонь, однако атаковать так и не решились. В пять часов Привалов вернулся в батальон и вместе с Кожевниковым обошёл роты.

Фёдор Фёдорович, ласково поглядывая сбоку на Привалова, весело рассказывал:

— Понимаешь, какое дело, комбат… Ведь мы с комсоргом только недавно узнали, что Старцев снят. Ну я очень рад, что его не будет. И Манцуров рад, только он еще долго присматриваться к тебе будет, ты не обижайся. Я ему прямо сказал: Привалов хоть и молод, а такому без опаски можно довериться. Я-то ведь тебя давно знаю… А Старцеву, по-моему, сызнова учиться командовать надо. В последних боях мы понесли большие потери; потому, что лезли напролом, пока Кубрачков не догадался пойти в обход и не решил всю эту старцевскую затею в нашу пользу. (Кожевников умолчал о том, что сделать это посоветовал Кубрачкову он). Старых коммунистов осталось немного, но это золотой народ, почти каждый по две награды имеет. Да ещё комсомольцев у нас чуть ли не полбатальона. Ну, о них вот пусть Субботин расскажет, он у них вожаком.

Шедший позади Субботин, высокий, худощавый и не по-юношески серьёзный, с нескрываемой гордостью произнёс:

— Комсомольцы у нас замечательные, товарищ капитан. Таких ребят ни в одном батальоне нет, честное слово. Макаров и Кубрачков самые трудные задачи комсомольцам поручают. И что же? Ни разу не подвели!

— Субботин всегда с ними, — улыбнулся Фёдор Фёдорович. — Чуть ли не в командира взвода превратился.