— Думаю, мне и так хватает работы.
Я уставилась на чай в своей чашке, наблюдая за тем, как парит темная жидкость.
— Я никогда не говорила о своей сестре на шоу. Это как вырвать часть себя и выставить на всеобщее обозрение.
— Это свяжет тебя со слушателями, — мягко сказал Эмерсон. — Соединит тебя с ними. Потому что ты достаточно смелая, чтобы поделиться этой болью.
Мой взгляд переместился на нее.
— Надеюсь, что так. И что я смогу пройти через это.
Эмерсон потянулась через стол и взяла мою руку, крепко сжав ее.
— Ты — Ридли Сойер, электрошокер для придурков и укротитель раздражительных братьев. Ты можешь все.
Я подавила смех, сжимая руку Эмерсон в ответ. И понадеялась, что она была права.
Я села на заднее сиденье своего фургона и установила на место звукопоглощающие панели. Во время моих путешествий шестиугольные куски пенопласта служили не только украшением, но и были необходимы для уменьшения эха и лишнего шума. Несмотря на то что я уже записала несколько эпизодов подкаста на подъездной дорожке Кольта, в этом случае все было по-другому. Более эмоционально, более реально.
На моем новом рабочем столе раздался сигнал видеозвонка. Я напряглась, надеясь, что это не Бейкер пытается позвонить, но расслабилась, увидев на экране имя Салли. Нажала кнопку «Принять», и его лицо появилось на экране.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил он, наклонившись к камере своего компьютера.
Я видела беспокойство на лице Салли и чувствовала его в его словах. Это знание окутало меня словно теплое одеяло. Возможно, я взорвала одну часть своей профессиональной жизни, но вокруг меня по-прежнему были хорошие люди.
— Я готова, как никогда. — И от одного только произнесения этих слов у меня в животе запорхали бабочки.
Салли усмехнулся, показав небольшую щель между двумя передними зубами.
— Да, черт возьми, ты готова.
Я изучала своего редактора.
— Уверен, что хочешь пойти со мной на это? Это будет означать потерю нескольких других заказов. — Я была уверена, что Бейкер уволит Салли, как только узнает, что он все еще редактирует для меня.
Лицо Салли скривилось, как будто он попробовал что-то нехорошее.
— Этот урод может засунуть их себе в задницу. Если мне больше никогда не придется редактировать его шоу, я умру счастливым человеком.
Я хихикнула.
— Скажи мне, что ты чувствуешь на самом деле.
Но Салли не стал смеяться вместе со мной; вместо этого его выражение лица стало серьезным.
— Я рад, что ты вырвалась из-под его влияния, Ридс. Ты заслуживаешь гораздо большего, чем он тебе давал. Мне просто жаль, что все дошло до этого.
Горло обожгло.
— Спасибо, что прикрыл меня, Салл.
— Всегда, малышка. Всегда. Хочешь, чтобы я остался, пока ты будешь записываться?
Я покачала головой.
— Нет, я в порядке. — Мне была невыносима мысль о том, что кто-то будет наблюдать за мной, пока я озвучиваю все, над чем так долго работала, пока выкладываю свою боль на всеобщее обозрение.