Он хихикнул.
— Это стоило бы того, если бы ты это сделала.
— Пойдем домой, — сказал я.
При этом брови Трея приподнялись, и он многозначительно посмотрел на меня. Я постарался проигнорировать своего лучшего друга. Это было всего лишь слово, сорвавшееся с языка.
Дом.
Но, направляя Ридли к двери, я не мог игнорировать тот факт, что моя хижина никогда не была похожа на дом, пока Ридли не наполнила пространство светом. Ее бумаги, разложенные на обеденном столе. Ее запах прилипший к стенам. Ее чертова кошка нападающая на меня каждый раз, когда я давал ей новую игрушку.
Эта девушка делала все лучше. Но когда дело будет завершено, она уйдет. А у меня останутся лишь горько-сладкие воспоминания.
ГЛАВА 43
РИДЛИ
Кольт вел себя странно. Не то чтобы обычно он был болтуном, но сейчас был тише обычного, погрузившись в свои мысли, пока утреннее солнце проникало через окно автомобиля.
Я протянула руку через консоль его внедорожника и ущипнула его за бок.
— Ай. — Он вывернулся из моей хватки и нахмурился. — Что? Тебе мало того, что твоя кошка чуть не оторвала мне руку этим утром?
— Это просто...
— Если ты скажешь «зубастые обнимашки», я отдам кошку на усыновление.
— Колтер Брукс, ты не мог это сказать.
Его губы подергивались.
— Называешь меня полным именем? Должно быть, это серьезно.
— Чертовски верно. Не угрожай принцессе Татер.
Парень захихикал, и от этого звука по мне разлилось тепло, которое мог вызвать только он.
— Обожаю этот звук, — тихо сказала я.
Кольт вопросительно посмотрел на меня.
— Мой смех?
Я кивнула.
— Что-то в нем есть. Он грубый и несовершенный, но от этого более реальный.
Он свернул на дорогу к дому Эмерсон, его пальцы сжались на руле.
— То же самое я чувствую с твоей улыбкой. Она больше искривлена в одну сторону, чем в другую, но мне хочется запомнить ее форму.
Боль пронзила меня насквозь. Где-то по пути я облажалась. Потому что то, что было между Кольтом и мной, было не просто забавой и играми. Это стало гораздо большим. Он видел во мне то, что никто никогда не находил времени распознать. И понимал, какими красками я раскрашиваю свой мир, потому что говорил на языке моей боли.
И теперь я не могла представить, как смогу уйти от него.
Но мне придется это сделать. Неважно, через три дня или через три месяца. Это убьет часть меня — ту часть, которую я начинала любить больше всего.
Кольт остановился перед желто-солнечным домом. Его руки не оставляли руль ни на мгновение. Сильные пальцы сгибались вокруг него, затем разгибались и снова сгибались. Наконец он заглушил двигатель и повернулся ко мне.