Когда мы уходя прощались с бабушкой Марины, Варвара сказала ей:
— Андрей Эдуардович разработал новый, экспериментальный способ лечения злокачественных опухолей. Он пока не признан официально, но его применение уже привело к успеху в нескольких очень тяжёлых случаях. Андрей Эдуардович, хотел бы попробовать начать лечить Марину. Он не гарантирует успеха, но надеется добиться существенного улучшения в её состоянии, после наступления которого возможно будет проведение новых курсов химиотерапии. Вы согласны попробовать этот новый метод?
Валентина Сергеевна посмотрела с начала на меня, потом на Варвару, а потом сказала:
— Ну как вы думаете согласна я или нет? Всё равно иного выбора у меня нет. Мариночка безнадёжна. А так хоть какая — то надежда, пусть даже самая маленькая, но появится.
Сидя в машине я сказал Варваре:
— А я смотрю, ты уже вовсю применяешь вновь приобретённые тобой умения.
— Да какие там умения! Так — мелочи.
— Мелочи, не мелочи, но смотрю даже бабушка Марины заметила, что с твоим появлением её внучке стало лучше.
— Как кстати тебе сама Марина?
— Похоже, что очень стойкая девушка. Не знаю как я бы повёл себя на её месте. А она стихи пишет.
— Да, Марина чудесный человечек. Знаешь мне так хочется спасти ей жизнь!
— Будем делать всё возможное. Что ты стоишь? Давай трогай!
Следующим вечером мы опять пришли к Марине Александрович. Она встретила нас очень приветливо и не успев поздороваться сказала:
Бабушка рассказала мне, что вы хотите попробовать на мне какой — то новый способ лечения, который ещё нигде не признан. Я согласна. Скажите, Андрей Эдуардович, а вчера вы уже начали лечить меня?
— Ну не сколько лечить, сколько вчера я смотрел, а подойдёт ли мой способ для тебя или нет.
— И как?
— Ну случай у тебя сложный, но попробовать можно. Будем в начале бороться за улучшение, а если оно наступит, то вполне возможным станет проведение новых курсов химиотерапии. А там видно будет. В общем я считаю, что имеются возможности исключить тебя из категории безнадёжных. И знаешь не такие уж маленькие.
Я усыпил Марину и сказал Варваре:
— Ну давай присоединяйся.
Варвара ничего не ответив, лишь кивнула мне головой.
Я сконцентрировался, что бы поймать ту ускользавшую нить которая позволит мне начать движение, движение благодаря которому мы позволим разрушить гнездящуюся в теле Марины опухоль.
Всех нас окружает океан живительной энергии. Надо уметь подключится к нему. Если это произойдёт я сумею вылечить Марину. Но подключится к нему не так просто. Прадед говорил мне, что это способны сделать лишь те у кого чистые помыслы. Те кто лечит из любви к людям, а не из — за корысти. Корыстные и себялюбивые как бы не старались получить доступ к этой энергии, все их попытки будут безрезультатны. Но Марину может спасти лишь приток такой энергии. Он убьёт опухоль, гнездящуюся в её теле и очистит её организм от метастазов, восстановит её иммунную систему, которая очистит все закоулки тела Марины от многочисленных клеток- убийц.
— Всё, — сказал я, — открыв глаза, — на сегодня всё.
— Что — то быстро. — ответила она мне, — и часа не прошло. С Мишей ты возился больше.
— Ну то с Мишей. А тут совсем другой случай.
Когда мы уходили я ответил на вопросительный взгляд бабушки Марины.
— Всё хорошо. Даже лучше чем я думал. Не будите Марину пусть она спит до утра. Думаю, что в ближайшие дни промедол ей больше не понадобится.
Так мы провели ещё пять сеансов. С каждым из них Марина чувствовала себя всё лучше и лучше, у неё совсем исчезли боли, наладился сон, жаловалась она только на сильную слабость, которая заставляла её большую часть времени проводить в постели, но я успокоил её сказав, что это как раз хороший признак. Я чувствовал как понемногу живительная энергия которую я передавал ей превращалась из тонкой едва заметной струйки в маленький ручеек, который увеличивался в размерах с каждым новым днём.
После окончания шестого сеанса я сказал ей:
— Ну пока всё. Теперь тебе надо сходить на приём к онкологу и дальше следовать его рекомендациям.